— И что я на это место не набрёл, — вздохнул я.
— Уж кто бы жаловался, — покачал тот головой, скорее всего, намекая на Зелёный город.
— И что? Я почти половину, что там было отдал твоему Палычу без каких–либо условий. Скрывать не стал, хотя мог бы кататься месяц туда–назад и вывозить понемногу хабар. А он за вот эти крохи с меня готов семь шкур снять, — резко ответил я Цезарю. Тот решил дальше не развивать тему и вернулся к разговору о привезённом оружии.
— Зато смотри, что он тебе передал, — мужчина присел на корточки над одним из ящиков с минами, пощёлкал «лягушками» запоров и снял с него крышку. Внутри на деревянных брусочках с вырезами лежали четыре мины непривычного облика. Они имели не каплеобразный вид, а трубчатый, с хвостовиком–стабилизатором и острым носиком. Тело мины было окрашено в чёрный цвет с жёлтыми кольцами в головной части. На боку имелась аббревиатура из букв и цифр. — Здесь сильно ядовитый газ. Когда взорвали в лесу такую штуку рядом с псевдокабанами в клетках, то те свалились с ног через несколько секунд и сдохли спустя минуту.
— Ты предлагаешь мне этими минами травить местных? — нахмурился я. — Как–то оно гадко выглядит.
— Здесь магия творит вещи похуже, — парировал он. — Наш газ рядом с творениями архимагов–некромантов или пиромантов выглядит детской игрушкой. Тем более, тебя никто не заставляет применять его против замков и городов с мирным населением. Да и вообще можешь не применять, если такой неженка.
— Что в других ящиках? — я оставил его слова без ответа и кивнул на оставшуюся тару.
— Вот в этих двух обычные осколочно–фугасные мины, а в этом зажигательные, вроде бы с жёлтым фосфором.
— Жёлтым? Не белым? — уточнил я, вспомнив статьи из интернетовских новостей и сюжеты по ТВ, где осуждалось общественностью применение снарядов с белым фосфором войсками НАТО в ходе военных конфликтов.
— Нет, здесь точно жёлтый. Если я не ошибаюсь… а такое может быть… то жёлтый — это неочищенный белый. Эти мины зажигательные, но при горении очень быстро сжигают вокруг себя кислород и всё отравляют дымом, который тот ещё яд, поэтому любому живому существу рядом с местом подрыва заряда придётся несладко. Их можно использовать как химическое оружие, если забросать расположение врага сотней таких мин. Мы проверяли — пехотные амулеты не защищают от близкого взрыва и брызг зажигательной смеси, а потушить огненные капли очень сложно.
— Боюсь даже представить, что в остальных ящиках. Бактериологическое оружие? Наноботы–уничтожители? Ядерные мины?
— Простые снаряды к пушке. Осколочная граната и бронебойно–зажигательный снаряд. И они мощные, хотя калибр сорок миллиметров, но гильза удлинённая и бутылочной формы, переобжатая с калибра четыре и ноль семь сантиметра.
— И их тоже привезли чуть–чуть, — покачал я головой, посмотрев в глаза собеседника.
— У нас самих их мало, честно, — сделал тот морду кирпичом.
«Угу, и «град» ещё откуда–то привезли себе. А там, уверен, кроме него ещё что–то было интересное», — подумал я, а вслух сказал. — Да ладно… это я так ворчу, по привычке. За помощь спасибо. Вот теперь можно и по хлебу с солью.
Глава 10
К месту сбора войск моя дружина отправилась двумя группами. Самая маленькая — это грузовики и боевая техника, с ними часть големов. Вторая группа, примерно три четвёртых моего войска, а так же обоз, двигалась следом в повозках или в седле. Получилось всё так из–за разницы в скоростях, ну не могли угнаться даже скоростные химеры за «камазами». Только гвардейцы, которых стало уже пятеро, могли поддерживать требуемую скорость передвижения.
К слову, о моих самых сильных бойцах. Пятеро их стало не потому, что не нашел больше, а из–за отсутствия доспехов для бойцов и их скакунов. Всё моё время и все мои силы ушли на подготовку к будущим сражениям. В частности, я зачаровывал крупнокалиберные пули для винтовок и пулемётов, мины и снаряды, кое–какие детали в бронетехнике. С последней работал и Ежов, который после смерти своей подружки с головой ушёл в дела. Он по просьбам дружинников, которые сидели в экипажах БМП и «панцире» скопировал несколько десятков деталей из тех, что больше других испытывают огромные нагрузки и от того чаще всего выходят из строя. Дополнительно часть их я укрепил своей кровью. Но основная его работа была в копировании боеприпасов — мин, снарядов, ВОГов и крупнокалиберных патронов.