«Хм, или вообще не было никакого разговора в тесном кругу про свержение короля? Этот слух просто пустили для широкой публики для того, чтобы законно арестовать маркиза? — вдруг пришла мне в голову новая мысль. — Вполне вероятно, вполне».
То есть, меня хотели списать со счетов? Но тогда не вписывается сюда разговор с коннетаблем и маршалами. Они точно во мне нуждались, в моей дружине и оружии из другого мира. Тогда получается, что моё убийство рассматривалось в самом крайнем случае. Куда как вероятнее выглядело моё ранение.
А что? Будь я ранен Олафом, то бой могли тут же остановить. Как? Вот тут, я честно признаться, придумать рабочий вариант не мог бы. Ну, не король же лично прятался где–то в тени, готовясь в любой момент явить себя на арене и остановить бой. Это он может, уложение позволяет монарху остановить любой поединок у себя во дворце. Да и не только там, лишь бы причины для этого были уважительны. С другой стороны за боем из кустов мог следить принц. У себя дома он тоже может многое, в том числе приструнить любого зарвавшегося дворянина, либо прервать уже идущую дуэль. Ещё королева–мать тоже может остановить бой, но лично я бы отправил туда принца.
Насколько вероятно подобное? Выглядит реально. А если ещё учесть его поведение на том разговоре с королевскими военачальниками, то всё становится на свои места. Он был раздражён, что его заставили сидеть в кустах и следить за тем, чтобы тушка одного очень ценного вассала не оказалась слишком сильно попорчена. Вассала без роду–племени, из иномирцев и из страшного захолустья на границе королевства. И это вместо того, чтобы наслаждаться весельем.
Но всё равно, пусть даже моя смерть не планировалась, всё это крайне мерзко смотрится при взгляде с моей стороны. Эти ублюдки решили, что могут играть мной так, как им вздумается, посчитав, что иномирец большего не достоин!
От накатившей ненависти я даже заскрипел зубами. Лживые, двуличные, расчётливые твари. Может быть, и вовсе не было никакого любимого королевского бастарда, чья смерть по моей вине стала основным поводом, чтобы я пошёл на чужую войну. Или даже на меня повлияли магией для гарантированного согласия, несмотря на защитные ментальные чары амулета, одного из тех, что я постоянно ношу. Амулет — это всего лишь амулет, и архимаг легко продавит или обойдёт его защиту. Если всё так и было, то это… кхм, неприятно.
От злости и желания досадить мне захотелось поднять автоотряд, связаться с основной дружиной и отправиться домой, наплевав на всех и вся.
— Спасибо, сквайр, ты много интересного рассказал, — поблагодарил я Гнеса. — Держи за службу. Сильно не кути, и золотом не разбрасывайся. И постарайся, чтобы тебя не связали со мной. Это в твоих же интересах.
— Благодарю, ваше сиятельство!
Информатору я вручил мешочек с серебром и мелкими золотыми монетами на сумму в пять золотых корон. Крупные монеты не стал давать, так как это так же может связать нас вместе. Ведь в последнее время я только ими и расплачиваюсь. Притом, что они нечасто используются при расчётах в королевстве. Возможно, дую на воду и у меня рецидив паранойи, но пусть. Лучше иметь даже такой слабый козырь, неизвестный недоброжелателям, чем не иметь никакого.
Вот и время «Ч». На Земле под этим моментом понимается начало артиллерийской подготовки, предваряющей наступление. В этом мире это момент, когда отряды заняли свои места на поле боя. Командовал сражением принц, помогали советами ему коннетабль и второй маршал. Первый маршал был занят выполнением другой части плана сражения, на которой с трудом удалось мне настоять.
Вообще из того, что предлагал я со своими офицерами, было принято немногое. Я первоначально предлагал отдать завязку сражения моей дружине. Грузовики со скорострельными малокалиберными пушками, «терминатор» и БМП могут вести обстрел вражеской армии с дистанции в два или даже три километра. На равнине, куда удалось выманить ликанонцев, я мог играться с ними, как с несмышлёными детьми. Даже километр для местных магов — и архимагов тоже — было непреодолимой дистанцией. Для лучников и осадных машин всё было так же. Так что, мои пушки сняли бы кровавую жатву, а мощные моторы увели бы экипажи от справедливой расправы. Ну, а не сняли бы, так истощили б щиты в личных амулетах и силы магов. А потом подошла бы армия астанирийцев и разгромила бы своих врагов, оставшихся без поддержки магов или обескровленных после обстрела из пушек.