- Так моя мама… её не насиловали? – Аэль просто не мог сходу переварить столько информации. Он не понимал, почему было просто не сказать ему? Зачем Флер скрыло от него всё это?
- Нет, Аэлель, она сама подарила сердце твоему отцу. Не смотря ни на что, и тут, за столом, сидит молодая эльфийка, готовая поступить так-же, - король улыбнулся глядя на Тримми.
- Я именно так и подозревала, я говорила ему, что его мама родила его от любимого человека, - Тримми обняла ошарашенного Аэля и спрятала личико у него на груди.
- Умная девочка, - улыбнулся Тритвинтрель. – Ты, последний из рода Пиллиди, их дом заперт, но он твой. Вот патент владельца, только кровь Пиллиди вскроет на нём печати. Я лично присматривал за твоими землями, и Флео тоже старалась, когда у неё было время. Но я воин, мне не хватает ума вести такие дела, а Флеовилля постоянно в разъездах. Думаю, твоя возлюбленная составит тебе компанию и поможет…
- Мой король, вы уверены…
- Конечно, принимай руководство, присягу, будем считать, ты принял... – Аэль сидел в растерянности, он и представить себе не мог, что он потомок знаменитых Пиллиди, грозного рода, защитников всех эльфов. Лишь их герб внушал ужас людям на полях сражений, и он один из них. Тишина затягивалась, молодой маг размышлял, гладя волосы любимой девушки, он так просидел бы и дольше, уставившись в одну точку, если бы король не налил ему вина в бокал. Кувшин из миллендрита коснулся кубка, раздался звон, и Аэль очнулся от дум.
- Мой государь, прости, что я так долго молчал, есть важные вести. Возможно это глупости, и я придаю особое значение тому, чего нет на самом деле, но мне кажется, вам нужно это знать. Как вы и сказали, возможно вселенная дала мне выбор. Когда я ехал через лес, чтоб убить вурдолаков, мы с другом подстрелили василиска. Хоть на нём и стояла стандартная магическая печать, мне она показалась необычной и я срезал её, - Аэль достал из сумки и положил на стол клочок кожи. – Затем, мы уничтожили трёх вурдолаков, и на плече каждого мы обнаружили такие же печати, - Тритвинтрель ничуть не брезгуя осмотрел и кусочки плоти Вурдалаков, которые из сумки достал Аэль и положил на стол.
- Затем кракен в гавани, его язык привлёк моё внимание, когда я собирал слюну для эликсиров, увидел это, - Аэль положил на стол с яствами кусок кожи, а король внимательно его осмотрел. Тот же полукруг, будто обрезанный линией.
- Это всё не с проста, - задумчиво проговорил лесной владыка, - таких совпадений не бывает, не в нашем мире. В последние три года много случаев исчезновения простых эльфов. Вырезается скот, отравляются колодцы, друиды и наши маги пока справляются, но положение усугубляется день ото дня. Вот что, Аэлель, я перерисую символ и посовещаюсь с верховным магом и друидами. Они старше многих деревьев, может и помогут нам. Похоже, что кто-то натравливает тварей на нас, пытается расшатать государство изнутри. Пока займись своей собственностью, кроме неё и тысяч людей на твоем попечении, наследства у тебя нет. Может в доме что-нибудь и припрятанно, никто не искал, хотя твой дядя был известный мот. А как наладишь дела, так езжай в Грибное Королевство, и даму проводишь свою, и от меня весточку королю передашь.
От города до владений Аэля вела небольшая дорога. Пара лошадей могли разъехаться, но широкой её не назовешь, хотя, она была выложена из камня, и вполне дорогого. Основные владения Пиллиди находились на поляне, огромной, Севернее столичного озера. Но земли их простирались намного дальше. Сейчас примерно треть его земель сдавалась, дабы на вырученные деньги содержать основные владения. Его земли, Аэлю было непривычно, он богат, он знатен, теперь Тримми будет не стыдно выйти за него.
- Почему ты мне не сказал об этих отметинах на всех этих существах? Ты мне не доверяешь? - Тримми с плохо скрываемым раздражением спросила у него. Он ждал этого, он не хотел с нею ссориться и полностью ей доверял. Но этот вопрос должен был последовать, девушку задело, что он не посвятил её в свои думы, и это могло вывернуться в ссору.
- Тримми, я полностью доверяю тебе, но я боялся, что нас подслушают. И тем более, не хотел навести опасность на тебя. Возможно, за нами следят, и если что-то вынюхают, я стану опасным возлюбленным…
- Уж я о себе позабочусь, - фыркнула своенравная эльфийка. Она закипала, раздражение росло, и она вот-вот вспыхнет.
- Конечно, но я постараюсь сделать так, чтоб до тебя очередь не дошла, - уголок губ Тримми едва дрогнул, ей нравилось, что её мужчина заботиться о ней. Их лошади шли близко друг к другу, Аэль аккуратно положил руку на стройную ножку Тримми, обтянутую в охотничьи лосины. Рука медленно заскользила вверх, пока не дошла до самого нежного места. Тримми сладко застонала и выгнулась, как лесная кошка. Вся злость и раздражение улетучились, на смену им пришла нежность и страсть. Тримми ластилась к нему и об обиде теперь и не вспомнит.