- Не просто получается, ты лучший в этом, это и верховные маги признавали…
- Ты и я, мы создадим заклинание первой категории, как же оно называлось… - Аэль вытаскивал различные книги и свитки, осматривал их и складывал в стопки. Дварфы стояли и наблюдали за ним со стороны. В моменты озарений, Аэль становился неимоверно шумным и суетливыми, будто боялся утерять свою мысль. Он то бормотал едва слышно, то начинал кричать и тараторить, это окружающих немного настораживало, было похоже, что Аэль лишился разума. Но его друзья знали о его особенности и принимали её спокойно, Краха что-то шепнула одному из глав кланов.
- Сюда не подходить, магу не мешать. Эй вы, отправляйтесь на этаж магов… нет, я сам пойду… - он тоже не смог вытерпеть этой суеты. Главы кланов не растерялись и сразу принялись раздавать указания. К той самой двери, на нижние этажи Таргота, отправили кхир для безопасности. С Аэлем остались лишь двое, они внимательно следили за тем, чтобы магам никто не посмел помешать.
- Первой категории? Ты с ума сошёл? У тебя то может и выйдет, а вот у меня силёнок для такого маловато, - Краха была явно озадачена.
- Нашёл, вот это мы и создадим, - Аэль открыл нужную страницу в тетради, где были нарисованы огненные доспехи и меч. - "Доспехи и оружие огненного воина, Азастуса Рекса", - гласила подпись, а ниже шли руны огня и солнечного света, в определённой последовательности. Их нужно было наложить, чтоб создать такие доспехи. Азастус Рекс создал такие доспехи, чтоб отчистить пещеры Нимериуса, где люди добывали Миллендрит. Не говорилось, кого уничтожил Азастус, но четко было сказано, что "Полчища врагов были уничтожены, а доспех невозможно пробить ничем, кроме магии".
- Аэль, тут около полусотни рун, это через чур, даже для тебя, я боюсь…
- А что я, зря что ли себе зелья варю? В качестве их можешь не сомневаться, потому, Краха, мне нужна ты, тут необходимо нанести двенадцать огненных рун в определённой очерёдности, иначе такой доспех для голема не получиться.
- Зелья ты варишь отменно, я даже не знаю, Аэль…
- Я прошу тебя, будь внимательнее при накладывании рун, не трать слишком много сил… - молчавшая Тримми прижалась к нему, она переживала за него, такое количество рун может вытянуть из него силы за мгновения.
- У меня получиться, нет, у нас всё получиться, я чувствую это, нужно только сосредоточиться и всё.
- Маги приступили к созданию голема, его соберут из особой крошки камня, спрессуют под огромным давлением и готово, просили три часа, - один из глав подошел к ним и заглянул в тетрадь. - Ого, а это что за магия?
- Огненный светящийся доспех, непробиваемый щит и солнечный меч. В это мы снарядим голема.
- Отлично, голем будет в два с половиной твоих роста и в ширину около полутора. Если больше, сложно будет протиснуться в пещере.
В назначенное время Голем был готов, он очень понравился Аэлю и тот сразу преступил к наложению рун на него. Предварительно, он и Краха выпили зелье восстановления сил, дабы избежать смерти при ошибке. Он ставил руны надолго, лет на пятьдесят вперёд, чтобы и в будущем голем отлично служил своим хозяевам. Они выжигались на камне и сияли на големе. Его огородили двумя сотнями воинов и никто ему не мешал, хотя народ дварфов и толпился на нижнем этаже, любопытствуя, для чего маги собрали каменного воина. Аэль и Краха работали пару часов и, наконец, наложили сорок пять рун. Затем, полуэльф пошёл поесть, еда для мага очень важна, какими зельями себя не пичкай, организму нужна пища. Даже самые великолепные зелья, могут оказать на организм серьезное влияние, и у мага откажут органы. Аэль поел плотно и выпил. Дварфы сидели мрачнее тучи и ели немного, карипена производила на них сильное впечатление и суеверные дварфы теперь боялись будущего. Аэль и Тримми ели в общей зале, весть о Карипене уже разлетелась по всему городу-горе. В общей зале, которая представляла собой трактир на несколько тысяч мест, царила гробовая тишина. Аэль доел и встал, держа на вытянутой руке рог с брагой дварфов.
- Я вижу, друзья, как вы боитесь. Встретить то существо в темноте, это верная смерть. Я буду управлять големом с дистанции и не смогу ничем себя защитить. Я буду просто сидеть с закрытыми глазами, но я не боюсь, ведь я верю в вас. Я попрошу прийти только добровольцев и только лучшие кхиры. И, если я умру, я умру рядом с друзьями, за дружбу, - Аэль опрокинул рог, а дварфы зашептались. Многие из них встали и с готовностью заявили о своем участии, слова Аэля разгорячили дварфов. Набиралось всё больше храбрецов, кхиры в полном составе изъявляли желание пойти. Наконец, набралось, по примерным подсчетам, около тысячи дварфов. Аэль направился к голему, он предложил всем на этом уровне подняться выше и запереть двери. Но дварфы воспрянули духом, и, хоть страх в них сидел глубоко, в них появилась и злоба. "Когда дварфы чего-то боятся, они злятся и на себя, за страхи свои, и на объект, который пугает их. Если воюете с дварфами, не пугайте их, или они раздавят вас упорством, если окружили дварфов, вы погибните, а потому позвольте дварфами отступить, только тогда победа будет за вами". Аэль вспомнил слова древнего летописца, человека, который выжил в нескольких сражениях с подземным народом. Дварфы вооружались и одевали свои угловатые, тяжёлые латы. Даже простые дварфы доставали и начищали топоры, засовывали их за пояса, точили копья и заряжали самострелы. Все одиннадцать глав также облачились в миллендритовые доспехи и, со своими кхирами, стояли рядом с Аэлем. Для лидеров считалось позором прятаться за спинами товарищей, и сейчас, перед Аэлем сформировалась стальная стена с пиками и щитами.