- Значит так, как я понял с ваших слов, карипена это ещё не всё, она предвестник бед. Так что, как только дверь откроется и голем войдет внутрь, кхиры встанут стеной и преградят путь любому, кто попытается пролезть. Я не знаю, что оттуда полезет, надеюсь, карипена будет одна.
- Я могла бы создать стену из воды, иллюзию ворот, и оставить отверстия для твоей кровавой нити. Только вот влаги вокруг немного… - Тримми не успела договорить, как главы кланов в один голос заорали.
- Чаны с водой, что под протеки ставим, везите на поддонах сюда. Быстрее, братья дварфы, - главы дварфских кланов сориентировались быстро, идея Тримми была отличной, создать водяную иллюзию двери, которая преградила бы путь, введя любого в замешательство. Лучшие воины тащили чаны наравне с простыми дварфами, беда сплотила подгорный народ, и теперь, они действовали, как один организм. Маги огня были все тут, они создавали огненные шары и стрелы, готовясь их использовать в бою.
Аэль, тем временем, открыл склянку с бычьей кровью и накладывал руны крови. Кровь из банки тонким слоем окутала голема, и, через пару мгновений, кровавый гигант дрогнул. Тонкая нить шла к груди Аэля и связывала каменного гиганта с его сердцем и мозгом, голем подчинялся мысленным приказам парня. Он сжал кулаки, покрутил руками, пошевелил пальцами. Шаги ему так же давались легко, немного пошатавшись, он принял боевую стойку и пару раз подпрыгнул, громыхнув так сильно, что Дварфы отступили на шаг.
- Отличный голем, мою благодарность вашим магам передайте. Краха, готовься, как только доспехи и меч появятся, у тебя будет минута для наложения рун огня. Накладывай напрямую на голема, две последние руны, делай их долговечными, чтоб связь была крепче. Ты готова? - девушка кивнула и приготовилась. Аэль наложил последнюю руну и голем засветился желтым светом. Все, стоявшие в зале, на доли секунды ослепли, но немногим после, когда свет отступил, увидели голема в золотой тяжелой пластинчатой броне, рогатый шлем украшал голову. Она будто была со старинных гравюр, мощная и огромная, громоздкая и грозная. В левой руке голем держал большой каплевидный щит, в правой длинный изогнутый меч. Краха наложила первую руну, по голему пошли всполохи, а после второй руны, пламя на мече и доспехах приобрело золотой оттенок. Оно языками поднималось по броне и мечу, и предавало голему устрашающий вид. Бочки с водой доставляли быстро, и Тримми уже накладывала руны на них. Золотой огонь не нагревал голема, весь жар выходил наружу не угрожая крови и кровавой нити. Если кровь запекалась, она пополнялась из бутылях Аэля.
- Дварфы, приготовьтесь, - крикнул Аэль и закрыл глаза. Он смотрел на стоящих перед собой дварфов с высоты голема, на их серьезные лица, освещенные сиянием доспеха. Аэль не мог отказать себе в удовольствии и голем трижды ударил мечом по щиту, подбадривая дварфов. Раздался громовой грохот, ярко-жёлтое пламя взметнулось к потолку. Дварфы взбодрились и не остались в долгу, грозно гаркнули и тоже застучали по своим щитам. За кхирами стоял отряд стрелков, которые так же застучали латными ботинками по полу.
Врата открылись и голем с грохотом вошёл внутрь. Ворота были большими, а вот коридоры дальше не особо. Аэль почувствовал, что опасность совсем недалеко, будто по коже провели льдинкой. Он шёл, прикрываясь щитом, Тримми уже создала ворота-иллюзию, вода из чанов вытекла и перегородила проход вместо дверей, создав иллюзию, путь назад был прикрыт. Аэль шёл медленно, осматривая каждую расщелину в стенах и потолке. На небольшом повороте, на него из темноты прыгнуло темное пятно. Прыжок был очень быстрым и длинным. Голем успел лишь прикрыться щитом. Удар был мощным и голем едва не упал. Тварь запищала, золотой огонь немного ещё погорел на её шкуре и исчез. Длинная морда, острые уши, ростом чуть поменьше голема, мускулистые лапы-руки с длинными когтями. Ожег остался, и Карипена вновь прыгнула в темноту. Аэль смотрел карту, до того, как оживил голема, и этот проход был тупиковым, она загоняла себя в ловушку, или, может пыталась заманить его. Голем вновь медленно шёл вперёд, прикрываясь щитом, осматривая впадины и вглядываясь во тьму. Тишина была зловещей, а Аэль был напряжен и сосредоточен.