Они ехали по центральной улице, народ сновал тут очень активно, ездили телеги, стоял гвалт, но сопровождение их постоянно увеличивалось. Пару окружили кольцом всадники, они просили расступиться всех идущих на встречу, чем вызывали раздражение у простых эльфов вокруг. У центральной площади, на которой располагался главный дворец Грибного Королевства, их встретил брат Тримми. Сопровождение расступилось, и, не успел Аэль оглянуться, как Тримми повисла на шее высокого рыжеволосого эльфа в красивой, чёрной кирасе. Это был её брат, он очень ласково и нежно поприветствовал сестру. Между ними было сто лет разницы, потому сестрёнку он буквально носил на руках, всегда баловал и прощал ей шалости. Он усадил девушку на своего коня, она прильнула к латам на его груди и что-то шептала ему. Аэлю он лишь слегка кивнул, но улыбка была доброй, без насмешки и гордыни. Хотя, как Аэль заметил, улыбка была холодной. Аэль переживал, Тримми боится, что ей придётся уйти от своего брата, от трёх племянников, от своего дома. Он постарается этого не допустить, в конце концов, он ведь её любит и постарается ради неё. Если он завалит брачное испытание, её тут больше не примут, и она потеряет любую связь с домом. Видно, что и её брат был не в восторге от таких перспектив, но он ничего не мог сделать, традиции превыше всего.
- Это посланник короля лесных эльфов, Аэлель Пиллиди-Биллидиус, - Аэля представляли верховному магу грибного леса, этот седой и древний эльф слушал внимательно.
- Пиллиди-Биллидиус? - старый маг с интересом взглянул на Аэля. - Два рода магов, один ненавидел эльфов, другой людей. А тут смесь двух родов, рожденный от любви полуэльф, получеловек, - старый маг взял Аэля за плечи, и с улыбкой смотрел на него. – Воистину, нет магии сильнее, чем магия любви. Перед ней всё тлен, и границы, и политика, и предрассудки.
- Верховный маг Маэрмель, прежде, чем передать послание дружбы вашему королю, а также послание от наших друидов, я обязан пройти "испытание любви", - голос Аэля дрожал от волнения. Он решил сразу расставить все точки в этой истории, не тянуть, когда его принудят к соблюдению традиций. Но страха в глазах не было, он не страшился. Эльфы вокруг одобрительно зашумели, нечасто встретишь мужчину, который не откладывает брачный поединок в долгий ящик. – Так уж случилось, что я прибыл не только с королевскими делами. Триммильвана дочь вашего леса, и я осознаю свою ответственность.
- Я хочу сказать, перед тем, как испытание начнётся, я отдала своё сердце этому мужчине, и последую за ним всюду, - Тримми говорила стоя перед всеми, глаза её блестели и она бросала вызов всем. Девушка, услышав слова своего мужчины, поспешила к нему и прижалась к его руке. Её брат стоял чуть позади и грустно улыбался, глядя на сестру. Эльфы уже вызывались на бой с магом, всего будет восемь поединков, и если хоть половину из них Аэль сможет одолеть, то он пройдет испытание. Иначе, зачем же ты приехал за женщиной в такую даль, будь готов к борьбе с мужчинами, которые точно не отдадут её просто так. Естественно, вызывались лучшие воины, а Аэлю разрешалось использовать заклинания лишь пятой категории, и ни в коем случае соперникам нельзя убивать друг друга.
- Любимый, я буду с тобой, несмотря…
- Я сделаю всё, чтобы ты не уходила из семьи. Не бойся, мой учитель по фехтованию был мною доволен, не удивляйся так, я ведь полукровка и я готовился давать отпор любому нахалу, бросившему мне вызов, - прошептал парень Тримми на ухо.
- Ты учился и фехтованию? - брови Тримми поползли вверх, - я думала ты шутишь. Аэль поцеловал её, и вышел в круг, в котором уже стоял тот самый воин, ещё недавно их встречавший. На этой площадке у дворца такие испытания и проводились, и, раз гость имел храбрость вызываться добровольно, откладывать поединки никто не станет, для эльфов традиции были важнее политики, важнее войны, важнее жизни без чести. На губах молодого воина играла самоуверенная улыбка, было видно, что он не считает Аэля соперником. Аэль снял походный плащ и представил всем на обозрение свой доспех. Плащ был плотно запахнут и под ним не было видно подарка дварфов. Аэль не обращал внимания на восторженные возгласы эльфов, он немного передвинул пояс с мечом, и спокойно надел шлем.
- Я дам тебе время наложить руны, маг, - с завистью в голосе проговорил воин, - но доспех твой я залью твоей кровью, придётся тебе его потом вычищать, или твоей женщине...
Такие бои длились до первой крови, но очень часто этот один удар был смертельным, этого никто не одобрял, но в пылу боя случалось разное.