Аэлю было нехорошо, он открыл глаза и попытался встать. Все тело его болело, а шея вообще не двигалась. Встать он не смог, потемнело в глазах и он со стоном лег обратно на кровать.
- Побереги силы и не стони так, парень. Она спит рядом с тобой, и в её положении ей нужно отдыхать регулярно, а не сидеть ночами у раненного и обессилевшего мужа, - голос верховного мага был строгим, но заботливым. Маэрмель охранял его и Тримми, которая крепко спала рядом, прижавшись к его руке.
- Сколько я был…
- Четыре дня, - перебил Аэля древний эльф. - Кто после процесса зачатия, пьет столько зелья и рвется в бой? Ты что, самоубийца?
- Там же был Лич…
- Да, знаю, и что? Это не повод умирать. Герои - всегда умирают. Геройство восхваляют лишь глупцы, да, тебя хвалят, да, о тебе сложат легенды. Но можно спасти и помочь большему числу нуждающихся, если уцелеть. Так что, мой мальчик, впредь думай головой, думай о Тримми и вашем ребёнке. Никто о них не позаботиться лучше, чем ты, неужели друиды дали тебе свой символ лишь для того, чтобы ты умер вот так, из-за одного лича?
Аэль слабо кивнул, голова была тяжелой, а сил на споры с верховным магом не было совсем.
- Я не отпущу тебя, пока ты не восстановишь силы, - Маэрмель встал и вышел из комнаты.
Аэль вышел из своих покоев уже на следующий день, он не был сильно искалечен, зелья затянули раны на шее, но вот сил на руны он потратил множество. Будь белый свет в нём так-же силён, как у горы друидов, ему бы не пришлось вызывать к нему с помощью рун. Да и сам процесс зачатия забрал много сил. Аэль не ожидал, что встретит лича, он думал лишь о бок с некромантом и упырями, но никак не с тварью второй категории. Тримми окружила его такой заботой, что он не смог сопротивляться и позволил нянчиться с собою. Им выделили пару комнат в доме Даэрльвана, брата его жены, дом отлично охранялся и был уютным. Аэля навестили многие знатные эльфы и маги Грибного Королевства. Всё благодарили его за помощь и предлагали любую свою поддержку. Аэль не понимал зачем, он ни в чём не нуждался, как и его жена, но этикет у эльфов занимал важнейшее место, а Аэль оказал огромную помощь грибному народу.
Утром следующего дня, когда Аэль кормил и чистил Таутель, в конюшни вошли король, и трое друидов, стариков, почти таких-же старых, как Древний.
- Приветствую тебя, Аэлель, позволь представить тебя старейшим друидам нашего королевства. Твоё послание, от друидов Лесного Королевства передали им лично в руки, - король грибных эльфов, златовласый и с голубыми глазами, бесцеремонно осмотрел затягивающиеся раны на лице Аэля, поворачивая голову молодого эльфа руками и держа его за щёки. Этот король не был похож на Тритвинтреля, он был моложе, обладал магическими способностями, был умён, но менее открыт. Говорил он холодно, а одевался крайне богато, тем не менее, он успешно правил Грибным Королевством вот уже три сотни лет, и возродил былую мощь грибного воинства. Он восстановил воинские ордена, вновь отстроил флот, развел лошадей для всадников, его катафракты были отлично экипированы.
- Мальчик этот одолел лича? – один из стариков внимательно и с недоверием осмотрел Аэля с ног до головы. Когда же он заметил символ друидов на волосах молодого мага, то сомнение пропали из его глаз.
- Он сильный маг, старцы, хотя и безрассуден немного, как мне сказали другие, присутствующие при том бое, - король протянул Аэлю кубок вина, который он принес с собой. Кубок был из чистого золота, украшенный белыми камнями, которые были похожи на бриллианты. Аэль отпил немного и вернул кубок королю.