— Кто они то? — оторопело поинтересовался Кусач. Вступление в разговор Албыча оказалось для него полной неожиданностью. — Понять бы хоть, от чего опаску иметь нужно!
Но старик вновь уставился на догоравший костёр, не слыша ничего вокруг себя. Жихарь был почему–то уверен, что безумный маг в такой позе может и сутки просидеть, неподвижный как статуя у главного храма Троим.
— Ясно всем? — Курьян, уже привыкший к манере ведения разговора с Албычем, даже не стал пытаться у него что–то уточнять, лишь приняв его слова к сведению. — В городе рты не раскрываем и шустрим во все стороны. А то вместо добычи сами там головы сложим.
— А может, здесь жрецов встретим, а атаман? — спросил Андрон, любовно поглаживая лежащий на коленях потёртый арбалет. — Их же пятеро всего! Бурдюки и жрец не в счёт! Положим их тут аккуратненько, задохлика, что с ними, переймём, и в город.
Пристроившийся рядом Карп, ловко поигрывая сразу двумя ножами, кивнул, соглашаясь со словами приятеля. Жихарь завистливо покосился на ловкие движения щуплого убийцы. Собственно говоря, Андрон с Карпом и были главной ударной силой ватаги. Мелкий, но подвижный, резкий в движении Карп, виртуозно владеющий ножами и не гнушающийся при случае ударить в спину и здоровый бугай Андрон, выгнанный со службы за чрезмерную даже для стражников пьянку, неплохо владеющий мечом и прилично стреляющий из арбалета, отлично дополняли друг друга, составляя в паре довольно опасную боевую связку. Во всяком случае, Жихарь нисколько не сомневался в их способности перебить боевую пятерку отца Никонта, особенно если нападут изподтишка, да ещё колдун своей магией подсобит.
— И где ты их встречать собрался? — задушевно поинтересовался Курьян. — Прямо тут, али чуть в сторонку отойдём? Ты точное место, где они пройдут, знаешь? Нам ведь надо, чтобы они прямо на нас вышли, потому, как если мы им наперерез пойдём, они нас враз услышат. Там народец к лесу привычный подобран, а мы его только с дороги и видели. Этак не мы, а они нам засаду устроят!
— А если у стены их встретить, ну где они перелезать её будут? Место приметное, — вклинился в разговор Проныра, начав паковать посуду в заплечный мешок.
— И то! — радостно осклабился Андрон. — Можно даже подождать, пока они на стену полезут. Мы на пару с Карпом их оттуда враз посшибаем! Или дедушка Албыч разом всех своей волшбой накроет!
Молчаливый Карп как–то по особенному изящно подкинул оба ножа и ловко их поймал, словно давая понять: — «Конечно, поснимаем! Делов то!»
— Я тебе накрою! — моментально вызверился Коготь. От ощетинившегося вожака ощутимо потянуло скрытой угрозой. За спиной замаячил Кусач. — Недошлёпок нам живой надобен! Забыли?! Сразу говорю, — Курьян начал цедить слова, словно выплёвывая. — Того, кто Вельда случаем убьёт, я сам следом порешу! Дело сделаем, хоть на куски потом режьте! А пока не замай! Глотки повырываю! — атаман обвёл налитыми кровью глазами притихших ватажников и сразу успокоившись, продолжил: — Было бы это обычное отребье, может, мы так и поступили бы. Затаились возле стены и всех окромя недошлёпка перебили. — Курьян потянулся, поднимаясь. — Да только народец у жреца больно ушлый. Наверняка следопыта вперёд пошлют. Он нас сразу найдёт. Не умеет мы в лесу прятаться. А если далеко от стены отойдём — можем не успеть. Потому, засаду устроим уже в городе, — не допускающим возражений тоном резюмировал Коготь. — Там они кучно пойдут! Всех разом и накроем. Только помнить! Вельда не трогать! До поры.
Жихарь в предвкушении осклабился. Хоть Курьян и отмахнулся от припрятанной казны, но потом хотел про неё с Вельдом потолковать. И даже пообещал, что Жихарь в той беседе примет самое непосредственное участие. Вот тогда и наступит время за дружков казнённых посчитаться. Сполна! Лишь бы дожить!
— Пора уходить всеблагой отец. — сотник склонился в почтительном поклоне. — Уже светает. Скоро они будут здесь.
— У нас ещё есть немного времени, Угрим, — отец Яхим, тяжело кряхтя, поднялся с небольшого пенька, служившего ему вместо стула. — Судя по камню, они только что покинули деревню. Видно любит поспать Никонт!
— Скорей не хочет переться по лесу в темноте, — возразил молодой маг сурового вида, оглаживая коротко постриженную бороду.
— Думаешь им нечем осветить себе дорогу, Герхард? — фыркнул старый жрец. — Насколько я знаю, та пара ушлёпков, что есть среди них, довольно сильны. Особенно Ратмир.
— Ратмир — адепт воды, — согласился Герхард. — Но зачем идти через лес в темноте, рискуя нарваться на какую–нибудь тварь, когда можно это сделать чуть позже, при свете? На их месте я бы тоже вышел на рассвете. Один час ничего не меняет.