— Так частица ауры Инсора, которую ты натянув кольцо получил, никуда не делась, — пожал плечами дух. — Воздействовать друг на друга теперь не получится, но поговорить, если новый хозяин кольца неподалёку находится — почему нет? Ты бы лучше подумал о том, что дальше делать будешь.
— А что тут думать? — я, кряхтя, поднялся. — С этими кандалами на ногах далеко не упрыгаешь. Так что, похоже, тут я и останусь. Я так понял, что Ратмир с Путятой вершителям тёплую встречу готовят?
— Могилу они тут себе готовят! — вновь вышел из себя коротышка. — Недоучки проклятые! Этот долговязый ещё и бахвалится, удумал. Мол, заклинание, позволяющее руны заранее начертить, не каждый адепт земли нынче знает. Всю дорогу вокруг себя на пару с подельничком своим исписали. Вот убогие то! — айхи смачно сплюнул, возмущённо потрясая своей лапкой и придвинувшись ко мне, заговорщицки зашептал: — Остановить его надо! Пока он всех не погубил! Сгинешь ведь ни за что! Я что думаю, — коротышка деловито засопел. — Как начнёт Ратмир энергию для своей волшбы копить, ты к нему и подскочи. Даже бить не надо; толкни просто, чтобы он концентрацию потерял. Его магическими потоками на радость Йоки и разорвёт!
— Скорее уж тебе на радость, — отмахнулся я от айхи, оглядываясь по сторонам. — И до чего ж ты всё–таки паскудная скотина, а?! — с чувством добавил я, качая головой. — Вон Ратмир вроде на тебя и управу нашёл, а ты всё равно владельца кольца в могилу свести норовишь. И как древние вас в узде держали. Ума не приложу!
— Ради тебя же стараюсь! Погибнешь не за грош медный! — начал было возмущаться Толик.
— Отстань, убогий, — лишь отмахнулся я. — Исчезни и больше мне на глаза не попадайся. А то я сейчас Ратмиру наш разговор перескажу. Надеюсь, он то заклятье, которым тебя поприветствовал, ещё не забыл.
— Да ты что?! — коротышка буквально захлебнулся от возмущения. — Я же…
— Ратмир!
С лёгким хлопком испуганная мордочка растворилась в воздухе.
Я удовлетворённо кивнул. Идти на поводу у мелкого гадёныша, я точно не собирался. Мне он Ратмиру заклинание сорвать посоветовал, а что Ратмиру через минуту начёт меня предложит, один Лишний знает. Как говорится, хочешь умереть молодым — доверься айхи.
А для себя я уже всё решил. Ратмира и впрямь придётся убивать. Ключи от наручей наверняка у него, да и колечко назад снять я только с мёртвого смогу. Вот только заклинание срывать ему я не собираюсь. Зачем? Чтобы затем к вершителям в лапы попасть? Ну, уж нет! Пускай Ратмир по ним хорошенько вдарит, а там, в начавшейся суматохе, я на него и накинусь. Заклинание, судя по всему, адепт воды задумал сложное, откат тоже будет не слабый, так что шанс справиться даже со скованными руками у меня будет. А там как карта ляжет. Либо сбегу, либо сдохну. Всё лучше, чем на алтарь Лишнего ложиться и сущность свою терять.
Мда. Как не отбрыкивался я от этой мысли, а деваться некуда! Внутри меня сидит перевёртыш. Тварь, которой местных с самого детства пугают! Как говорится; неприятно, но факт. Если до этого всеобщий интерес ко мне я ещё пытался списать на какие–то полученные в пустоши полезные способности дающие возможность выжить в проклятом городе, то смерть Никонта расставила всё на свои места. Заклинание, что жреца на тот свет отправило, само собой появиться, не могло. Я его просто не знал. И хорошо помню, присутствие в своём сознании чужого, что моей рукой руны выводил, складывая их в цепочку могущественного заклинания. Присутствие твари, что пока спит во мне. И что бы пробудить эту тварь, меня в город и приволокли. Понять бы ещё, зачем это им нужно? Она же не управляемая! Янхеля им мало было? Вон Никонт на свою голову, на мгновение эту тварь уже пробудил. А на что тогда надеется Ратмир? Неужто думает, что сумеет с будущим адептом Лишнего договориться? Или я опять чего–то не знаю?
— Глядика, очнулся, помёт берыги! — из–за камней появились мои однокашники. — А я так надеялся, что сдохнет!
— Я ещё на твоей могилке вару попью, Лузга, — усмехнулся я в ответ, прислонившись спиной к до боли ставшему родным камню. — Так что даже не надейся!
— И ведь не врёт, поди, мразь така! — меня обступили плотным кольцом. — Щас вытянет из нас Ратмир всю энергию для заклинания и сдохнем. А этот жить будет. Ничё ему не деется! Будто сам Линий ворожит!
— Может и ворожит. Почему нет, — не стал отрицать я. — А если даже и сдохну, то не как вы, послушными баранами под нож горло подставляя.
— А какой у нас выбор? — Марк в бессилии сжал кулаки. — Мы благодаря тебе отступники, теперича. Супротив храма пошли. Таким пощады нет! Одна надежда теперь, что Ратмир победив, задуманное им исполнит, да нас потом к делу пристроит. Даже Путята ему в рот заглядывать начал. Вон тебя после убийства отца Никонта не пришиб. — Верзила раздражённо притопнул ногой и с непритворным сожалением добавил: — А я так надеялся!