— Жихарь, чего стоим то? — опасливо покосившись на Албыча, громким шёпотом поинтересовался Миха.
— Уже не стоим, — старик наконец–то отмер и решительно направился к чистому от золы пятну с уцелевшими вещами. — Пойдём, посмотрим, что нам доброхоты для вспоможения оставили. Неужто не поскупились?
Не поскупились. Что — да, то — да. На небольшом (и десяти шагов от края до края не наберётся) пятачке свободного от пепла пространства беспорядочной грудой валялись мечи, арбалеты, ножи, раскрытые, с полувывалившимся добром, заплечные мешки, расстеленные обрезки ткани с недоеденной снедью. С одной из них еду сдёрнули, словно через неё кого–то волоком волокли, немилосердно вминая в камни огрызки лука, сала, огурцов. Жихарь запнувшись, чуть не угодил ногой в остатки блевотины и брезгливо морщась, отступил назад поближе к Албычу.
— А ведь бой совсем недавно был! — заметил колдун, оглядываясь с не меньшим интересом — Чутка нас вершители не дождались! Вот даже пыль от «стены огненной» толком не улеглась!
— Но жрецы, похоже, победили, — высказал предположение Жихарь, задумчиво сдвинув брови. — Не все здесь полегли. Их больше было.
— Ну не то, чтобы победили, — хмыкнул презрительно перевёртыш. — Но спастись, похоже, смогли. Вот только как они, теперича, неоружные с людишками Никонта ратиться будут? — Албыч склонился над здоровенным камнем, лежащим возле одной из скатертей. — Ты гляди–ка. Даже камешек следящий бросили, а не только оружие! Видать совсем без оглядки бежали!
— Так значит, та тварь, что на них напала жива? — Жихарь неосознанно попятился, испуганно оглядываясь по сторонам.
— Жива, — не стал отрицать колдун. — Вот только не шибко опасна. Коль на месте долго не стоять, да к её логову не приближаться, то ничего и не будет. Она с трудом до дороги свое магией дотягивается. Иди себе спокойно мимо и в ус не дуй. А этих угораздило, здесь на привал остановится! — хохотнул Албыч. — Вот и пришлось самым сильным кристаллом пожертвовать, да всё побросать заради того, чтобы ноги унести! Небось, недалече лежат, — перевертыш, повернувшись к Жихарю, жизнерадостно оскалился. — Очухиваются!
— А нам как теперь быть? — озадачился Миха. Шустрый воришка времени зря не терял, уже во всю потроша заплечные мешки и попутно похрустывая прихваченной морковкой. — Неужто тут всё добро побросать и следом бежать?
— Зачем? — ещё больше развеселился Албыч. — Бери, что по душе придётся. Только меру знай! Тебе ещё мечи на своём горбу тащить!
— А нужно ли мастер? — Жихарь, решивший для себя, что безопасность важней поживы, ревниво поглядывая в сторону продолжавшего шуровать по мешкам Михи, от Албыча всё же не отходил. — Мечи, конечно, грошей немало стоят, только где мы их тут продадим? А владеть мы ими, всё равно не обучены. Уж лучше арбалеты взять. Из них выстрелить любой сможет.
— Неумехе и арбалет не подмога! — пренебрежительно отмахнулся Албыч. — Пущай тут лежат. А мечи мы не для себя возьмём, — повернулся он к Жихарю. — Вершителям вернём. Пущай радуются!
— Это так?! — буквально опешил Жихарь и встретился взглядом с не менее поражённым Михой. Нет. Всё–таки безумен колдун. Безумен! — Они же с ними на нас и бросятся!
— Не бросятся! — отрезал в ответ Албыч. — Они без сил сейчас лежат поблизости. Далече навряд ли уползти смогли. Пока в себя придут, мы уже и пелену пройти успеем.
— Так зачем им оружие то возвращать? — Жихарь начал горячится. — Чай супротивники они нам. Может, коль они без сил, так и порешить всех разом?
— Я тебе порешу! — от слов колдуна потянуло стужей. — А кто с людишками Никонта ратиться станет? Ты что ли? — старый колдун угрожающе навис над юношей. — Пущай они друг с другом повоюют, тогда и мне с оставшимися полегче управиться, будет. Всё! Собирайте мечи и пошли, — Албыч наклонился и, кряхтя, подхватил с дороги булыжник. — А я камешек для них следящий прихвачу. А то не дай Лишний с Никонтом разминутся.
Вершители и впрямь далеко не ушли. Не успели толком от выжженного места отойти, как на них и наткнулись. Жихарь даже головой сокрушённо покачал. Эк их разобрало. Лежат посреди дороги восемь тел и тихонько стонут в унисон. И даже шевельнутбся, никто не пытается, будто парализовало всех. Идиллия! Вот бы всех сейчас и перебить! Второй раз такая оказия навряд ли случится!
Жихарь покосился в сторону насупившегося мага и разочаровано отвернулся. Не даст! А спорить с колдуном, у него никакого желания нет! До сих пор лицо Карпа, горло руками сжимавшего, перед глазами стоит. Нет уж. Пускай Миха спорит, коли охота есть.