— Отчего же не носить? — Толик застыл на месте, не сводя с меня напряжённого взгляда. — Хорошее колечко, красивое! И что очень важно для посторонних глаз не видимое! Не отнимет никто! Живи, да радуйся!
— Да нет, — криво усмехнулся я. — Без надобности мне оно. Я, пожалуй, сниму его, да припрячу получше! Сколько ты уже здесь находишься? Лет пятьсот? Или тысячу? — я участливо покачал головой. — Но ты не думай. Это не предел! Местные в центр этого чёртового города давно не суются. Они на окраины то и то не часто заглядывают. Это только я один такой дурак оказался. Так что мой тебе совет. Запасайся терпением! Видят боги, оно тебе ещё понадобится!
Я потянул кольцо с пальца. С этой тварью мне точно не по пути. Одно проклятье не доконает, так Толик под другое подведёт и не почешется! Понял я уже, что это за дух такой пакостный. Айхи это! Гонда про них рассказывал. Уж лучше с целой толпой отцов–вершителей дело иметь, чем с одним таким помощником! Там шансов выжить побольше будет! Да что же оно не снимается! Я потянул кольцо сильнее, но тонюсенький ободок, покидать мой палец категорически не желал. Вроде и сидит свободно и крутится легко, а как сниматься — ни в какую!
— Что не получается? — айхи придал морде участливое выражение и озабоченно поскрёб за ухом. — А может сломать попробовать? Оно же тонюсенькое. Ты камень побольше поищи и тресни от души — вмиг разлетится!
— Я тебе сейчас тресну этим камнем! — я даже зубами заскрипел от бессильной злобы, продолжая терзать палец. — Чтобы с советами своими под руку не лез, погань такая!
— Зря стараешься! — Толик, поняв, что камнем себе по пальцу я бить не собираюсь, поскучнел, утратив к моим усилиям всякий интерес. — Кольцо тебя своим владельцем признало. Теперь, хоть палец отруби, до самой смерти не избавишься! Ну, или пока меня на волю не отпустишь! Оно тогда само исчезнет. Хватит тут столбом стоять! — в голосе айхи прорезались требовательные нотки. — Пошли! Будем отсюда выбираться!
Оставив кольцо в покое, я мрачно уставился на обнаглевшего духа. Нельзя у айхи на поводу идти. Никак нельзя. Надо его на место ставить, раз уж избавиться пока никак не могу. Иначе подлый коротышка не только вместо лошади запряжёт, но и сено жрать заставит. И решать этот вопрос нужно здесь и сейчас.
— А я уже никуда не спешу. Куда мне спешить то, с нависшим над головой проклятьем и неуправляемым пакостником за спиной? Всё равно, не одно, так другое в могилу сведёт. Так зачем тянуть? — напустив на себя решительный вид, я целеустремлённо зашагал к выходу из дворца. — Сейчас со скалы брошусь и на этом всё для меня закончится! Ну а ты жди, давай, — покосился я в сторону засуетившегося Айхи. — Может через пару тысяч лет сюда ещё кто–нибудь дойдёт!
— Да чего ты озлился! — в панике заверещал коротышка, мелко семеня рядом со мной и искательно заглядывая в глаза. — Не бросай меня тут одного, хозяин! Видит Йоки, я тебе верно служить буду!
— Так что там с проклятьем, что привратник на меня наложил? — вновь поинтересовался я, остановившись у самого выхода. — Только не лги мне… Толик. Второй попытки у тебя не будет!
— Так на то он и привратник, чтобы дом в отсутствии хозяина охранять! Не один вор мимо него не пройдёт! Только ведь до магов ему все равно далеко было. Сила не та! И купить какой–нибудь кристалл и убить его раньше вообще не проблема была. Убьёшь и грабь себе на здоровье. Вот маги и наделили привратников силой накладывать на их убийц проклятья. Тут трогать их желающих и поубавилось сразу. Оно, конечно, таких дураков не найдёшь — в довесок к награбленному, смертельное проклятье получить!
— А ты значит, такого дурака нашёл? — мрачно уточнил я, упершись тяжелым взглядом на стушевавшегося коротышку. — И чем же мне это смертельное проклятье грозит?
— Ну, это по–разному бывает, — оживился Толик. — Каждый маг, создавая привратника, какое–то своё проклятье в него вкладывал: кого–то черви изнутри поедать начинали, кто–то в пламени медленном сгорал, а бывало и сами себя на куски рвали. В общем, много чего бывало, — махнул лапой дух. — Всего и не упомнишь! Но каждый раз маги что–то новое придумывали, позаковыристей. А мой прежний хозяин, и среди асуров, тем ещё выдумщиком слыл.
— И когда же это со мной произойдёт? — сглотнув, поинтересовался я.
— Да кто же его знает? — беззаботно пожал плечами коротышка. — Тут тоже по–разному бывает. Может через седмицу, а может и через год. В этом то и весь фокус, что грабитель живёт и каждую секунду смерти ожидает. Говорят, что один тать прямо в постели с бабой вдруг заживо разлагаться начал. Визгу было! — Толик мечтательно закатил глаза, очевидно сожалея, что сам при этом зрелище не присутствовал. — В общем, самый невезучий больше пяти лет прожил, пока смерти дождался. Говорят, поседел весь!