Джон внимательно взглянул на меня.
– Ты думаешь об отце, – сказал он. – Если человек не умер насильственной смертью или не стал жертвой несчастного случая, обычно по выражению его лица после смерти можно определить, каким духом он станет. Прежде чем люди окончательно покинут этот мир, они уже знают о своей судьбе.
Для моего отца смерть была облегчением, отдыхом после полугода непрекращающейся мучительной борьбы с раком. Он умер в полном сознании, даже подождал, пока мы все соберемся вместе, и лишь потом испустил дух. Я рассказал это Джону.
– Возможно, твой отец стал белым духом, – ответил он. – Но то, что он не смог взять с собой ян, означает, что натура его гораздо слабее, чем ты думаешь.
– Что ты имеешь в виду, Учитель?
– Дух схож с нашим подсознанием. Он не может думать, принимать решения, создавать. Все, на что он способен, зависит от того, что он принес с собой в мир иной. – Джон помолчал минуту, потом наши взгляды встретились, и он продолжил: – Предположим, твой отец помнит все о тебе. Он знает, что ты его сын. Помнит, как держал тебя на руках, когда ты родился. Но он не помнит, как он любил тебя. Мы были шокированы.
– У духов есть только инь, – продолжал Джон мягко. – Лишь карма, темная или светлая, которая определяет их судьбу. Вот почему так важно, когда придет время, иметь достаточный запас ян, который можно взять с собой.
– Потому что таким образом можно сохранить человечность, – прошептал я. Джон одобрительно кивнул, и я решил спросить: – А наличие ян-ци в области даньтянь может как-нибудь смягчить влияние нашей кармы?
– Нет. В любом случае человек платит то, что должен, или получает то, что заслужил. Но наличие ян делает будущую «жизнь» проще и более зависимой от воли человека.
– Ад и рай, – произнес Андреас.
– Не совсем, – возразил Джон. – Состояния, которые я описал, не постоянны. Через некоторое время все духи возвращаются к Богу.
Вот он, главный вопрос, который вертелся у меня в голове с тех пор, как я узнал Джона. Я не смог удержаться и задал его:
– Шифу, расскажите нам о Боге. Вы часто говорите о нем.
«Кстати, упоминание имени Бога в даосизме не допускается», – подумал я. Возможно, этим учение Джона и отличается от основной религии?
Джон слегка наклонился и оглядел нас.
– Ладно, – сказал он. – До того как отправиться в горы, в глубине души я не верил в Бога. Да, я ходил каждое воскресенье в церковь, но истинной веры не знал, а на службу ходил просто так, на всякий случай. Решив уединиться в горах, я хотел сам почувствовать Бога, понять, насколько он реален. Я молился и молился недели подряд, прося Бога открыться мне. Наконец я погрузился в глубокую медитацию, и моя душа вновь отделилась от тела. Я продолжал молить: «Пожалуйста, Господи, открой мне правду, есть ли жизнь после смерти? Какая религия истинна? Умоляю, Боже, скажи мне правду!». Я не получал ответа, но продолжал молиться. Однажды без всякого предупреждения надо мной раздался голос, похожий на громовой раскат. Он произнес: «Религия – это как палка, на которую мы опираемся, чтобы идти. Когда человек молод, ему нужна помощь родителей. Когда стар, нужна трость. Здоровому взрослому человеку трость не нужна – если он побежит, она будет только мешать. Все религии таковы: если ты общаешься с Богом напрямую, они не нужны». Я вышел из медитации потрясенным до глубины души: это было настолько реально, что дух захватывало! Вновь и вновь я чувствовал, как услышанные слова звучат во мне. Когда я слегка пришел в себя и попытался опять вызвать тот голос, ответа уже не последовало. Я засомневался: разговор с Богом казался мне невероятным. Быть может, какой-то сильный дух посмеялся надо мной? Вы помните, что я не раз разговаривал с духом Ляо-шифу и знал, сколько еще подобных духов незримо присутствуют вокруг нас. Я даже рассердился. В каком-то помешательстве я бродил по горам и вновь и вновь взывал к небесам. «Поговори со мной! – восклицал я. – Если Ты не ответишь мне, я не смогу верить в Тебя!» – Джон не скрывал иронии по отношению к самому себе.
Вы представить не можете, на кого я был тогда похож, – признался он. – Худой из-за недоедания, с длинной бородой и нестриженными волосами. Одежда висела на мне мешком; должно быть, от меня дурно пахло. Я впадал в глубокую медитацию, а через минуту уже заходился в приступе неописуемого гнева: принимал позу лотоса и тут же вскакивал и бежал куда-то в горы. В голове билась лишь одна мысль: я должен поговорить с Богом, должен – или я умру! Мне нужны были доказательства, что случившееся со мной было реальным. Это произошло через восемь дней. Я находился в состоянии медитации и все умолял Бога поговорить со мной. Вдруг на небе вспыхнула звезда – так ярко, словно второе солнце, и упала к моим ногам, взметнув вихрь земли и пыли. В земле образовалась громадная воронка, в которой лежала, продолжая гореть, звезда. Поднялся сильнейший ураган, швырявший меня из стороны в сторону. «Ты еще недостаточно чист, чтобы прийти ко Мне!» – раздался голос, и я понял, что это Он. Я вышел из медитации и открыл глаза. В земле, прямо у моих ног, зиял огромный кратер. Я знал одно – и это наполняло меня невиданным счастьем: голос все еще был со мной! Бог позволял мне обратиться к Нему. В последующие дни я спрашивал у Него обо всем. Я хотел знать, как вести себя правильно и как – неправильно. К примеру, битва, сражения – хорошо это или нет?