Друг протянул ему конверт, и Ляо вложил в него сложенный лист бумаги. Написав что-то на конверте и запечатав его, он протянул письмо другу.
– Прошу тебя ровно в одиннадцать сорок пять отнести этот конверт на вершину того холма, у которого начинаются твои владения, и оставить его там, – сказал Ляо.
– Но у меня на двенадцать назначена встреча, а тебе известно, что мои земли простираются до самых джунглей. До вершины этого холма полмили пути через заросли.
– Знаю.
– А мне нужно время, чтобы переодеться и...
– Знаю.
– Ну, хорошо, Ляо-шифу. Если это для тебя так важно, я сделаю это.
– Спасибо, друг. – К удивлению хозяина дома, Ляо-шифу долго и тепло прощался с ним.
Сам Учитель немедленно вернулся домой и стал неистово молиться, чтобы Господь продлил жизнь его другу и отвел от него карму, которая сделала его жизнь столь короткой. В 11.45 его друг, которому не очень-то улыбалось идти так далеко в джунгли с каким-то письмом, вручил конверт слуге и приказал отнести его на вершину холма. Сам же спокойно отправился на встречу в город.
Ровно в полдень, когда он переходил дорогу, торопясь на встречу, его сбил грузовик.
Так Ляо-шифу понял, что волю небес нельзя повернуть вспять.
– Итак, Коста, – продолжил Джон, – а теперь скажи мне, действительно ли я даос?
– Как образованный человек, я бы сказал, что ваша вера очень близка к даосской школе нэй-цзя.
– Я так и думал. Но ты же знаешь, что я изучал цигун и нэй-гун исключительно как техники борьбы, что я – Великий Мастер единоборств, а не священник. Что ты на это скажешь? Вспомни, что, лишь достигнув Четвертого и Пятого Уровней и познав ян и инь, я познал и духов. Мне было тридцать семь, когда ко мне впервые пришел дух моего Учителя, а подлинный интерес к духам и знание о них пришли ко мне лишь когда я был отшельником. Иначе говоря, я никогда не воспринимал нэйгун как способ достичь духовного просветления или очищения.
– Хорошо, шифу, если вы не даосский алхимик, то кто же?
– Я – Верховный Мастер Ба ли цюань школы кунфу. Я преподаю китайскую науку нэйгун, смысл которой состоит в изучении энергий инь и ян и способов их объединения в теле человека. Моя школа как практический нэйгун была основана великим Мо-цзы. Кроме того, я обычный человек, как все вы.
Я не знал, что возразить на это. В наше время уже почти не осталось сомнений, что сознание есть физическое явление в той же мере, в какой и духовное. Аксиомы Декарта, четко разграничившие плоть и дух, давно признаны неверными. Современная медицина может привести сотню доказательств того, как больная психика порождает физические заболевания и наоборот. Наше «сознание» есть результат «совместной деятельности» разума и тела, духа и плоти. Знали ли это китайские философы, издревле изучавшие энергии инь и ян? Могли ли они как-то изолировать энергию телесную от духовной, наблюдать, как одна переходит в другую? И что может предложить наука нэйгун нашему быстро развивающемуся технократическому обществу? Передо мной сидел человек, способный дать ответ на множество подобных вопросов.
– Я думаю, шифу, – ответил я, – вы тот, кем хотите быть. Он улыбнулся, и я опустил глаза. После этого разговор зашел о растениях: Джон полагал, что они обладают телепатией и сознанием, и Андреас, ученый-ботаник, полностью соглашался с ним. Я молчал. Наконец, когда в разговоре возникла пауза, спросил:
– Шифу, вы научите нас? Научите наш мир понимать нэйгун?
– Я уже учу вас.
– Нет, я имею в виду, сможете ли вы научить весь наш мир, показать и объяснить открыто то, что знаете?
Минуту он молчал, а потом спросил:
– Тебе известно об Атлантиде?
– Конечно.
– А знаешь, почему Атлантида погибла?
– Мои соотечественники считают, что боги ревновали, так как атланты сумели стать лучше их.
– Потому что они слишком приблизились к разгадке тайн неба. Когда современная цивилизация подойдет так же близко к решению этой загадки, она тоже будет разрушена.
– Но почему, черт возьми?
– Потому что разумное животное – человек – еще не доросло до того, чтобы стать богом.
– Тогда зачем было создавать нас и наделять разумом? Мы были созданы, чтобы достичь большего, в противном случае мы просто игрушки в руках высшей силы, ее рабы. То, что вы думаете, будто Бог сам уничтожит нас, заставляет меня хуже думать о Боге.
Столь категоричное замечание шокировало всех.
– В общем, ты считаешь, что я должен появиться перед всеми, поведать миру о моем знании, стать известным и получить Нобелевскую премию, – сказал Джон.