Теперь не только мне в комнате было неловко.
— Вот что Вы за идиоты? А если бы ты умер? И почему меня в известность не поставил, балбес⁈
— Прости?
На несколько минут в комнате воцарилась полная тишина, которую нарушил отошедший от своих переживания за побратима Матиус.
— Ладно. Чего уж теперь говорить о том, что уже произошло и никак не изменить. Но запомни, мелкий, впредь ты так легко не отделаешься и если вдруг решишься ввязываться в очередную авантюру, не поставив меня в известность, то пеняй на себя! Взбучку я тебе устрою знатную, поганец. Ты меня понял? — И увидев на моём лице неподдельное раскаяние, а также получив от меня согласный кивок, продолжил, — А теперь вопрос к тебе, Гюнтер. Что от меня требуется?
— Кхм… У Магнуса возникли сложности с контролем собственной маны. Из-за того, что у него резко вырос резерв жизненной силы и по всей видимости произошло сближение первой и второй оболочки, ему необходимо время для того чтобы научиться с этим справляться. А для этого ему необходимо освобождение от занятий в Хогвартсе. Скажи, насколько сильно ты доверяешь Салиму и безопасно ли будет посвящать в тайну Магнуса. Нам нужно официальное заключение дипломированного целителя, на основе которого я бы мог выбить у Альбуса освобождение от занятий, хотя бы до наступления срока сдачи экзаменов за второй курс. У меня, к моему сожалению, нет ни одного знакомого целителя, которому бы я мог полностью доверять, даже несмотря на клятвы. Сам понимаешь, случай у Магнуса очень не ординарный, и если информация о произошедшем с ним просочиться в массы, то он станет целью для очень многих. Драконорождённых никогда особо не любили и всегда находились одарённые, которые старались прервать их жизненный путь как можно быстрее, ведь с каждым прожитым годом они становитесь лишь сильнее и не останавливаются в своём развитии.
— У меня есть идея по лучше. Салим мой единственный друг и кому я полностью доверяю. По крайней мере так было до недавнего времени, покуда в моей жизни не появился Магнус и ты, старая сволочь фашистская. Да-да, и не делай такое удивлённое лицо. Мне до сих непонятно, как тебя ещё не раскусили. По крайней мере для меня не составило труда выяснить твою настоящую личность, Гюнтер Майер. Но сейчас речь не об этом. Проблему Магнуса решить не сложно и Салим без труда предоставит нам врачебное заключение, которое позволит нашему подопечному на время покинуть Хогвартс и заняться решением своей проблемы. Вот только есть у меня предложение получше. Скажи, Магнус, как ты смотришь на то, чтобы стать учеником моего старого друга, Салима ибн Хадиджа ибн Абдуллаха ибн Ханбаля?
Что-то какая-то непонятная ситуации. А уж глядя на то, как смешно выпучил свои глаза дед, то тут явно что-то странное происходит.
— Кхм… Наставник, мне это имя ни о чём не говорит. Кто он такой и с чего вдруг ему брать меня в личные ученики? Вы ведь именно такую форму моего обучения подразумеваете?
— Салим, как и я, является магистром магии, только в целительстве, а также демонологии. А по поводу своей уверенности, что он согласится взять тебя в личные ученики. Так у меня недавно состоялся с ним откровенный разговор, в котором я под клятву сутью о неразглашении и непричинении тебе вреда, поведал Салиму некоторые подробности о тебе и тем самым смог заинтересовать одного из величайших волшебников востока твоей персоной. И он уже дал мне предварительное согласие, что если вдруг ты захочешь, он возьмётся за твоё обучение. Так что цени, паршивец!
— Но как, почему? Волшебники востока не берут в личные ученики пришлых, только своих родичей, дабы знания не уходили на сторону, — Я конечно не слабо впечатлился званиями Салима, но больше всего был удивлён и растерян Гюнтер. Судя по его состоянию, деду никак не удавалось поверить в услышанное.
— Говорю же, мы с Салимом близкие друзья, которые очень многое прошли вместе.
— Всё равно не верю, что только это является его побуждающими мотивами. Каким бы он не был твоим близким, но вы не родичи. А тут, в случае становления Магнуса личным учеником Салима, ему ведь придётся передать все свои знания, которые будет способен перенять и освоить внук, — Не унимался дед в своих сомнениях, чувствуя, что Матиус явно что-то нам не договаривает.
— У него был передо мной долг жизни, в уплату которого я с него стребовал обучение Магнуса. Теперь-то твоя паранойя успокоилась?
— Теперь да, — Гюнтер был доволен тем, что смог получить достоверную информацию на счёт мотивов Салима. Не верил он бескорыстность, тем более когда дело касается магистра с Ближнего Востока.