— Дорогой… Пожалуйста, исполни мою просьбу, — Ласково улыбаясь, обратилась ко мне Дора, что сейчас шла со мной под руку. Произнесла же она свои слова таким тоном, будто бы сейчас её муж не на смертельную дуэль направляется, а словно мы с ней гуляем в солнечную погоду где-то на природе, где щебечут птичку и вообще всё замечательно, — Не убивай его быстро… Спусти с этого дегенерата шкуру… Хочу видеть отчаяние и ужас в его глазах. Заставь его страдать! Хорошо?
— Конечно, любимая. Для тебя я сделаю всё что угодно. Хочешь я его на органы разберу? Могу этого лягушонка и вовсе на мелкий фарш покрошить.
Говорили мы не таясь, так что слышать нас могли все рядом находящиеся. Естественно, слова Доры не могли остаться без внимания и когда Люциус чуть обернулся назад и увидел милую улыбку моей знойной красавицу, я отчётливо прочувствовал, как он внутри передёрнулся. Видимо образ моей малышки навеял ему воспоминания о её родной и печально известной тётушки. Та тоже с таким вот выражением лица пытала и убивала своих противников, которые в случае боя с Беллатрикс, превращались в жертв и её игрушки, что она использовала для удовлетворения своих садистских наклонностей.
— Хи-хи-хи… Дааа… Хочу! Но обязательно сделай это так, чтобы он до последнего оставался в живых и мог прочувствовать всё-всё… — Мечтательно, чуть ли не пропела-протянула, моя «извращенка». Почему в кавычках? Так Дора сейчас в большей мере играла, нежели своё истинное нутро демонстрировала. Нет, так-то она реально хотела заставить поплатиться тварь, посмевшую покуситься на её счастье и любимого мужчину. Но вот всё остальное, показной восторг от происходящего, это уже было игрой. И делала она это специально. Репутация сумасшедшей садистки служила неплохим щитом от нападок. Так что почему бы не воспользоваться подходящей ситуацией и не получить с неё немедленные дивиденды?
«Моя ты прелесть! Ну вот не умничка ли она у меня?»
Ну а пока Дора делилась со мной своими пожеланиями и восторгами вызванными предстоящей дуэлью, а я восхищался своей возлюбленной, мы вышли в парк, где уже была организована арена.
Так как наш бой будет проходить без использования магии, на благородном оружии, то стандартный дуэльный помост волшебников нам не подходил.
Площадка же, на которой мне вскоре надлежало разделаться с Шарлем, была круглой и имела диаметр двадцать метров, по периметру которой сейчас расставлялись рунные камни, должные запретить использование волшебства на подотчётной им территории. И занимались этим два здоровенных волшебника, в которых я признал вассалов Малфоя и очередных участников закрытого кружка по интересам, известного в народе как Пожиратели смерти. Так вот значит какие вы отцы Винсента Кребба и Грегори Гойла. Узнал я их по родовым гербам на мантиях, в которые они были облачены. Интересные разумные. Пожалуй даже более интересные в плане своих магических способностей, нежели Люциус.
От них пахло лесом и дикими животными. И если от Лорда Джошуа Кребба, самого кряжистого из парочки, как в обонятельном, так и в энергетическом восприятие несло запахом мокрой медвежьей шкуры, то от Лорда Калеба Гойла пахло дикой свиньёй, то бишь вепрем.
«Какой сегодня удивительный день на новые открытия! Подумать только… Оказывается в Англии ещё остались тотемные оборотни».
Мужики точно не были анимагами, те в своей человеческой ипостаси зверем не пахнут.
— Дорогая, можешь пока здесь посидеть, — Трансфигурировал я для своей возлюбленной высокий постамент, на котором следом создал удобное кресло.
Проследив за тем, как она благосклонно приняла мои ухаживания и степенно, с достоинством настоящей леди взошла на организованную мною для неё возвышенность, с которой она сможет без труда и с удобством наблюдать за всей картиной боя и представлением, что собираюсь сейчас устроить, я развернулся к арене.
Вассалы Люциуса к этому времени, пока я был занят обустройством смотровой площадки для жены и деда, установили последний рунный камень и тем самым замкнули круг, организовав таким образом пространство лишённое магии, но перед тем, как выдвинуться на арену, я бросил мимолётный взгляд по левую руку от себя.