— Магнус дельные вещи говорит отец. Стань я наследницей Медичи и это в разы упростит мне моё дальнейшее продвижение в достижении желанной силы и могущества.
— А ещё одарит огромным количеством проблем, ведь тебе придётся стать публичной персоной и активно участвовать в политической жизни Италии, — Вставил свои пять копеек Северус, который очень хмуро и недовольно теперь глядел на меня. Было понятно, что Снейпа ни разу не прельщает мысль в скором времени оказаться консортом при наследнице известнейшего на весь мир волшебного рода. Мой декан уже хлебнул полную чашу прелестей нечистот высокой политики, когда оказался меж двух противоборствующих коалиций и стал рабом двух господ.
— Но ты ведь будешь со мною рядом. Так что мне не о чем переживать. Ведь так?
Прильнула Мунира, словно ластящаяся кошка, к своему жениху, что вызвало у того на лице плохо скрываемые намеки на довольство.
13 августа 1987 года. Манор рода Розье
— Присаживайся, Корбан.
Может быть Лорду Розье и не нравился, как личность, Корбан Яксли, что было прекрасно известно последнему, но это не было для Венсана непреодолимой преградой, дабы вести совместные дела, когда этого требовала ситуация.
— И по какому поводу ты вдруг соизволил за столько лет разлуки насладиться моей компанией?
Вальяжно закинув ногу на ногу и взяв в руку предложенный ему бокал с горячительным виски, обратился негласный король криминального мира Англии к своему давнему «товарищу».
— По очень серьезному поводу. И поверь, оказаться содействие в моём неотложном деле в первую очередь в твоих интересах, — Не скрывая своего раздражения процедил Венсан.
— О как! Ну удиви меня и огласи дело, о котором мне ничего не известно, но которое напрямую касается моих интересов. Хех… Заинтриговал.
Корбан, как и весь его род, всегда с затаённым пренебрежением и брезгливостью относился к чванливости аристократии, которая всячески пыталась показательно дистанцировать от криминала, но когда дело доходило до того, что у них пригорало, они с лёгкостью забывали о своём предыдущем отношении к такого рода сфере жизни общества и обращались к Яксли за помощью.
— Вечером десятого августа в Лютом переулке на моего наследника и его невесту было совершено покушение. И мне необходимо знать всё что тебе может быть об этом известно.
Весть о том, что в его вотчине, а Корбан считал Лютый чуть ли не своей собственностью, без его на то ведома кто-то решил избавиться от наследников двух знатных родов, сильно встревожила короля преступного мира. И даже не столько из-за возможных последствий разбирательства с двумя Лордами, чьи детки за каким-то хреном сунулись вечером в самый неблагополучный волшебный анклав на территории Англии, а потому, что это подрывало его авторитет, без которого в преступном мире невозможно быть на вершине власти. Если о том, что какие-то твари посмели без согласования с ним устроить покушение станет известно в криминальных кругах, то это нанесёт ему существенный репутационный урон. На данный момент никто в Лютом даже подумать не смел о том, чтобы оспорить его авторитет и права руководить жизнью теневого мира. Но ничего незыблемого нет и стоит только шакал почувствовать его слабину, как это определенно вызовет нехорошие телодвижения в криминальной среде.
— Юлить не буду. Я действительно не знал о том, что нечто подобное произошло в Лютом, но будь уверен, что обязательно приложу максимум усилий, чтобы выяснить, кто это такой шустрый, — Играть в недоговоренность, любимую игру аристократов, Корбан не стал и честно признался своему бывшему компаньону по клубу «Пожирателей смерти», что сильно оплошал, раз допустил подобный инцидент на подотчётной ему территории. Во-первых, поступи он иначе и попробуй выставить себя хозяином положения, где всё в Лютом ему подчиняется, как это немедленно бы сделало его кровным врагом двух не самых слабых магических родов, чего ему точно было не нужно. А во-вторых, он только что своим откровением и желанием разобраться в этом деле, дал своё согласие на совместные поиски виновников.
Раз уж ему только сегодня стало известно о покушении, значит в самом Лютом ничего об этом не знают. Ведь будь всё иначе, то он уже давно бы разобрался с идиотами, которые чуть не подставили его под плаху. Ему-то с одним лишь Розье было не справится, пожелай тот с ним разобраться. А про Рыжую гиену и вовсе всуе лучше не вспоминать. Потеряй Уинстон Солсбери свою наследницу и Лютый бы умылся кровью. Тот бы никаких денег не пожалел, нанял бы всех доступных наёмников и сделал бы так, что Лютый стал одним большим некрополем. Всех бы вырезал и плевать ему на возможный гнев министерских. Когда ты по несколько раз в год предстаёшь перед самой Королевой Англии и в случае нужды имеешь возможность обратиться к ней по любому вопросу, это даёт чуть ли не полную индульгенцию на силовые методы решения вопросов в волшебном мире. Даже их господин в прошлом не рискнул соваться к Солсбери со своим навязчивым желанием собрать подле себе весь цвет английской волшебной аристократии.