— А я-то думала, что ты здесь от мелких прячешься. Точнее от одной очень доставучей личной ученицы.
Мда… Вот тоже не было печали! Как только Гермиона освоилась и пообтесалась, а также прониклась этикетом и тактом, девочка под руководством умелых наставников и воспитателей, набралась всякого «нехорошего» и теперь вовсю пользуется и применяет свои знания для того, чтобы припереть меня к стенке. Сейчас Миона ни разу не напоминает ту самую милую в своей неотвратимости и непрошибаемости Гермиону, которая шла к своей цели словно носорог, который прёт не видя преград. Ныне эта мелкая бестия вовсю пользуется своим положением личной ученицы и стоит мне только оказаться в поле её зрения, как на меня начинают очень изящно и тонко, даже грациозно, ну для своего возраста уж точно, обкладывать флажками и загонять в рамки ученик-наставник, где у меня уже не остаётся выбора, кроме как отвечать на бесконечный поток её вопросов касающихся магии и мироустройства в целом.
Нет, так-то я не прочь и очень даже рад её стремлению к новым знаниям. Но всему ведь должен быть предел! Она просто какой-то незатухающий костер, квинтэссенция любознательности, которая готова днями напролёт только и делать, что учиться!
— Не нужно на меня наговаривать, Дора. Знаешь ведь, что мне в удовольствие обучать наших мелких. Да только со временем свободным большой напряг, — И ухватив жену за талию, поплотнее прижав к себе, я переместился с ней теневыми тропами в Блэк-манор, который сейчас напоминал растревоженный улей.
Вся компания мелких непосед, которая собралась сегодня здесь, была занята активным отдыхом играя в ловитка, что в исполнении одарённой молодёжи выглядело очень впечатляюще и фантастично.
— И как мама им только разрешила устраивать подобный бедлам?
Выразила своё недоумение Дора провожая взглядом бегущего по потолку Финеаса в косплее Саске, за которым мчались двойняшки Патил, перемещаясь во всех плоскостях скачками, используя не только пол, но и стены с потолком в качестве опоры в своей стремительной и акробатичной гонке за наследником Блэк. Йога определённо шла мелким на пользу!
Касаемо же творящегося в доме Блэк, то у меня, в отличии от Доры, больше всего вопросов вызвало не отсутствие негативной реакции у Андромеды на происходящее, а светлый и радостный флёр эмоций, который транслировал Кричер, благосклонно взирающие на творящееся сумасшествие. Старый домовой эльф сейчас из невидимости отслеживал перемещение проказников, готовый в любую секунду подстраховать мелких акробатов, тем самым незримо оберегая негодников от возможности получения травм.
— Добрый день, Андромеда. И давно наши подопечные таким весёлым образом проводят время?
Обратился я к своей тёще, которая находилась на последних месяцах беременности и сейчас была занята вязанием, вместо того, чтобы пытаться хоть как-то приструнить распоясавшуюся молодёжь. А ещё, рядом со скорой роженицей, которая уже была практически на сносях, мы с Дорой могли наблюдать отстранённо-задумчивую Полумну, которая тихонечко себе что-то напевала, при этом довольно щурясь, смотрела куда-то в стену. Впрочем, почему это куда-то? Смотрела она ровно в том направлении, где сейчас происходила загонная охота на Финеаса, которого загнали в изумрудную гостиную.
— Добрый, Магнус, — Оторвалась от своего увлекательного занятия Энди, при этом глядя на меня с некоторым осуждением, — Так а чем мне ещё было их занять, когда они изнывали от желания поскорее тебя дождаться и приступить к тренировкам? Не ты ли им обещал сегодня провести показательный урок по обращению с астральной магией?
— Каюсь! — Не стал я отрицать своей оплошности. С женщинами, тем более беременными, лучше избегать разговоров на тему, по которой чувствуешь за собой вину. Оправдываться себе дороже выйдет. Лучше сразу перевести беседу в другое русло и отвлечь даму, покуда она не оседлала твою вину и не натянула вожжи, — Кстати, как дела с малышами? Не сильно Вас тревожат?
— С ними всё замечательно! — Расплылась в сногшибающей любовью и умилением улыбке матушка моей благоверной, — Шалят конечно, не без этого. И часа не проходит, как они вновь начинают активно толкаться, — Оглаживая свой живот, проворковала Андромеда.