— Какие чудесные дети. Я даже не могу передать словами, что значит находиться сейчас в одной комнате с этими очень особенными детьми. Давайте сразу перейдем к телефонным звонкам и поприветствуем Рокси из Талсы. Привет, Рокси!
— Здравствуйте, Пегги Джин! Я глазам своим поверить не могу, это просто чудо!
— Я знаю, Рокси, не правда ли, это прекрасно? Позвольте спросить, что побудило вас сделать сегодня звонок?
— Видите ли, многие годы я и мой муж пытались завести детей, но оказалось, что это невозможно.
Пегги Джин понимающе кивнула.
— Вы даже не представляете, сколько документов нужно собрать на усыновление. Так что когда я увидела этих маленьких звонарей, сразу же позвала мужа и сказала: «Бросай свою алюминиевую обшивку и иди в дом, посмотри, что показывают в „Магазине на диване“. Ты не поверишь — сам малыш Иисус помогает нам!»
Тут ребенок с желтым колокольчиком случайно зазвонил в то время, когда полагалось звонить красным. Пегги Джин улыбнулась этому очаровательному промаху, от которого песенка «Люди» в переложении маленьких звонарей стала еще более трогательной.
Рокси продолжала.
— Я не вижу на экране цену. Почем они?
Пегги Джин озадаченно улыбнулась в камеру.
— Рокси, я не понимаю ваш вопрос.
— Ну, например, вот тот маленький мальчик из первого ряда; потом третий слева, с челочкой, — такой пупсик, как божья коровка! Сколько он стоит?
Пегги Джин внезапно поняла, что́ имеет в виду зрительница, и попыталась скрыть шок дружелюбным выражением лица.
— О, Рокси, вы неправильно поняли. Эти дети не продаются, их нельзя купить. Но вы можете стать их спонсором.
— Что это значит? Ведь ясно написано: «номер лота»…
— Да, номер лота есть, но он указан для того, чтобы вы могли внести пожертвования на счет организации, в которой состоят эти ребята — «Очень особенные дети». Какую сумму вы бы хотели пожертвовать, Рокси?
В номере отеля Макс со всей силы стукнул кулаком о стол.
— Это же моя идея! Чертовы ублюдки украли мою концепцию!
Несколько месяцев назад, до того как его выставили за дверь, Макс предложил продюсерам идею передачи. «Давайте сделаем шоу „Собаки-помощники“. Зрители будут звонить и оставлять пожертвования, чтобы собак из приюта тренировали и отдавали людям со смертельными болезнями». Но продюсеры отвергли его идею, заявив, что Общество защиты животных никогда не позволит торговать собаками на аукционе в прямом телеэфире, пусть даже во имя добра. Когда Макс снова взглянул на экран, маленькие звонари уже ушли, а Пегги Джин улыбалась в камеру и анонсировала следующее шоу.
— Если вы, как и я, любите блюда во фритюре, но не жалуете лишние калории, смотрите нашу первую программу из серии «Жарим без жира» с Адель Освальд Кроули. Всего через минуту.
— Привет, Никки. Как дела?
— Здравствуйте, мистер Смайт. Все хорошо, вот хочу немножко загореть.
Джон увидел Никки из окна гостиной. Девушка лежала на лужайке у дома на полотенце с покемоном. Упругое молодое тело блестело от солнцезащитного лосьона. Джон тут же побежал в ванную, причесался и как будто случайно вышел на улицу, притворившись, что его заинтересовало состояние подъездной дорожки.
— Лучше не лежи долго на солнце, а то сгоришь. — Он слегка вспотел, но не от жары.
— Да нет, не беспокойтесь, у меня хорошее средство защиты, — ответила Никки, прикрывая глаза от солнца рукой. Джон подошел к краю ее полотенца. Она ему улыбнулась.
— Послушай, Никки, я хотел спросить, ты не сможешь как-нибудь посидеть с детьми?
Никки выпрямилась:
— Конечно, мистер Смайт, с удовольствием. Только в среду не могу: у меня в восемь вечера гимнастика.
Вот за этим Джон с удовольствием бы понаблюдал.
— Да нет, я тут думал насчет… — он на ходу придумал дату, — насчет следующего четверга. Приглашу Пегги Джин на ужин, устрою ей сюрприз.
— О, как мило и романтично, — ахнула Никки. — Мои родители никогда не устраивают ничего романтического.
— Значит, четверг тебе подходит?
— Конечно, четверг — просто идеально.
Джон сунул руки в карманы.
— Тогда договорились. Большое спасибо, Никки. Увидимся в четверг.
— Конечно, мистер Смайт. Спасибо, что вспомнили обо мне.
«Если бы ты знала, как часто я о тебе вспоминаю», — подумал Джон.
— Не сгори, — с улыбкой предупредил он.
— Постараюсь, — ответила она.
Джон помахал, кивнул и вернулся к себе во двор. Его твердый член врезался в молнию джинсов. Он обернулся.