Я взяла у старика виски. И опрокинула его в себя. Никогда бы не подумала, что все вот так! Я точно не сплю?
- Ну, конечно, на свадьбе, я бы не вручил его. Вы бы у меня на него заработали, - продолжал гном, наливая себе еще. – Я никогда ничего не даю просто так детям. Мои дети должны ценить то, что получают. А подарки, Бимбермортилиса, никто не ценит. Увы. Кто ж знал, что этот оболтус решит привести туда эльфок?
Я все еще осмысливала сказанное гномом. Вот как так? Какой-то незнакомый гном за услугу решил меня удочерить.
- Простите, но я до сих пор слабо в это верю, - созналась я, пытаясь украдкой себя ущипнуть.
- Когда-то этими руками я держал кирку. Я на все заработал сам. И считаю, что дети должны тоже зарабатывать сами, - произнес Валжебл, глядя на свои маленькие грубые руки.
- В то, что мы с Максом… - начала я, закуривая.
- Надо было тебя отправить в Гномсворд. Гномам мало кто помогает. Поэтому мы высоко ценим помощь, - вздохнул Валжебл. – И поэтому ты останешься здесь. Я никуда тебя не пущу. Охрана!
Мне до сих пор казалось, что это просто сон! Подбежала гномья охрана. И окружили меня, как Белоснежку.
- Оцепите дом. Ее не выпускать. Никуда, - произнес Валжебл. – Нужно было сразу к вам приставить телохранителей!
Я мысленно представила, как иду в сопровождении семерых гномов по улице. Высовываюсь, так сказать, из плотного бородатого кольца.
- Отведите ее в комнату. Пусть выберет любую, какая понравится. С этого момента она живет здесь. И на улицу выходит только с охраной, - мистер Валжебл сделал глоток. И случайно опрокинул стакан. – Бедный мой мальчик… Бедный мой Макс…Это невозможно, чтобы из живых делали портреты. Доктору позвоните. Пусть он ее осмотрит! А я хочу побыть один.
Я недоумевала. Меня выводили в коридор. Сначала мне казалось, что разорвать кольцо гномиков будет проще простого. Но не тут –то было!
Меня отвели в красивую комнату. С балконом. На балкон тут же встал суровый гном в черном костюме. Еще двое гномов встали возле двери.
- На что жалуетесь? – послышался голос гномьего доктора, который вошел в комнату. – Мистер Валжебл попросил вас осмотреть.
- Разрешаю обойти со всех сторон, - мрачно ответила я, прикидывая, как выбраться отсюда.
Доктор обиделся и ушел на меня жаловаться. Я открыла двери на балкон. Суровый охранник посмотрел на меня и жестом потребовал вернуться в комнату.
- Плохо дело, - закусила я губу. – Черт дернул поехать сюда!
Глава восемнадцатая. Доктор «кто у нас завелся?»
То, что у меня появился заботливый папочка – гномолигарх стало для меня новостью. Если раньше я бы восприняла ее с радостью, то сейчас, когда на кону стояла жизнь Макса, меня эта новость, больше чем огорчала!
Роскошная комната, напоминающая номер дорогой гостиницы вмещала в себя и санузел. Куда я направилась в первую очередь. В самом верху шикарной ванной было окошечко. Куда оно выходило, знали только строители. Я несла стулья и ставила их друг на друга, чтобы посмотреть, откуда меня будут увозить с переломами.
Внизу был газон из роз. Ноги шатались, я сумела открыть окно. Через двадцать минут дорогое покрывало намертво подружилось с дорогой простыней. А та в свою очередь с дорогой скатертью и занавеской для душа.
Ухнув, словно я собираюсь выпить, я подтянулась на руках. Пирамидка из стульев с грохотом упала.
- Что случилось? Кто стрелял? – слышались голос гномов. Дверь в ванную была предусмотрительно закрыта.
- Выбивайте двери! – послышался приказ.
- Можно не мной! – взмолился голос. Но притих, когда послышался глухой удар о дорогую дверь. Надеюсь, парню доплачивают!
Полицейский захват гномами – отдельное развлечение, я так понимаю.
Подтянувшись на руках и вывалившись наполовину из окна, я вцепилась в веревку. Третий этаж как бы мотивировал держаться крепче. Осторожно, но шустро сползая вниз, я пыталась спастись от роз.
- Мать твою! – выдохнула я, приземляясь на колючки. Колючки платье не пускали. Но я вырвала остатки юбки и ломанулась к припаркованному гномобилю. Шофер в белых перчатках начищал заведенную машину полиролью.
Я вынесла шофера и двери, запрыгивая, как клоун в запорожец. То, что мои ноги были выше головы, меня не смущало. Голова упиралась в потолок. На гномьем кресле помещалась одна «полупопица». Так что левая половинка попы была водителем. А правая – слегка пассажиром. Рычаг переключения скоростей торчал у меня между ног. Я напоминала мачо, который пробрался в женскую раздевалку.