Кот, почувствовав мой страх, остановился, а потом отошёл в сторону. Всем своим видом показывая, что не собирается тут никому себя навязывать. Заметив мой манёвр и действия кота, Рива рассмеялась.
— Ты что, сата никогда не видела, Катя? Кыш тебя не тронет, не переживай, — я скептически глянула на зверюгу, который очень по-кошачьи вылизывал переднюю лапу и косил глазом на нас. Ну да, ну да... Только лучше, чтобы он к нам вообще не подходил. Как будто прочитав мои мысли, зверь фыркнул, а Рива потащила меня к дому.
— Пошли быстрее ко мне, пока полдеревни не набежало.
И мы двинулись в сторону домика. Не выдержав, я обернулась, чтобы ещё раз взглянуть на мини-монстра. Тот задумчиво смотрел нам вслед, бросив делать вид, что занят своей лапой. Поймав мой взгляд, зверюга то ли улыбнулась, то ли оскалилась, обнажив при этом длинные жуткие клыки.
Бррр, главный герой фильма ужасов, а не кот.
В доме Ривы было чистенько и по-деревенски уютно. Пузатая белая печка, деревянные лавки и стол, симпатичная кровать, накрытая тканым узорчатым покрывалом, и, конечно же, букеты сушёных трав, что висели под потолком и выдавали ремесло хозяйки дома. На самодельных полках справа от двери стояло великое множество глиняных баночек с неизвестным содержимым. Классическая картина дома сельского знахаря.
— Располагайся, милая. Вон там, в сенях, вода и корыто, можешь умыться, а я пока заварю нам травок и ещё чего-нибудь перекусить. Ты, наверное, проголодалась, по лесу-то бегать? А потом и поговорить можно.
Сделав нехитрые процедуры, я помогла Риве накрыть на стол, и через несколько минут мы уже пили вкусный травяной чай. С иронией подумала, что ещё совсем недавно так же пила чай, но уже в другой компании и в другом мире, но потом с раздражением отмахнулась от этой мысли. Сейчас есть дела поважнее.
— Итак, — сказала Рива после сытного ужина, — расскажи мне, милая, кто ты и откуда здесь взялась?
Я не спеша поставила чашку на стол. Что сказать? Выбор у меня невелик. Я ничего не знаю ни об этом мире, ни о его устройстве. От меня за версту несёт иномирностью, а с таким раскладом мне нужен друг. Кто-то, кто научит, подскажет и поможет. А лучшей кандидатуры, чем Рива, у меня под боком не было. Так что нужно признаваться как на духу, но сперва…
— Скажи, Рива, почему ты мне помогаешь? Я ведь чужой человек, ты впервые меня увидела часа два назад, но так добра. Почему?
— Ууу, девонька, видать, хорошо тебя жизнь помотала, раз людям не веришь. Я ведь целитель, хоть и слабенький. А мы всегда чувствуем, когда человеку болит, даже если это сердце. Как я могла мимо тебя, сердешной, пройти?
Последние слова этой доброй женщины что-то зацепили в моей душе, и вот я вываливаю ей всё. И про другой мир, и про мужа, и про детей. Сама не заметила, как слёзы полились ручьём из глаз, а Рива подсела ко мне и обняла. Поглаживая меня по голове, она вливала в меня потихоньку свою силу, от которой становилось легче, и шептала слова утешения. А я говорила, говорила и говорила.
Когда сил не стало, и я немного успокоилась, Рива сказала:
— Да, милая… О таких чудесах я не слышала, чтобы кто из другого мира приходил. У нас такой магии нет.
— Как? Вообще нет? А как же я домой вернусь? У меня там дети. И муж-подлец ещё не бит. Я не могу здесь оставаться.
— Не знаю, Катя, не знаю. Да и не у меня, простой травницы, тебе спрашивать. Это маги знать должны, причём не абы кто, а столичные. Профессора. А лучше б вообще верховного спросить. Да где ж наша Луговка, а где господа-маги. Ой, ты что, Катюш, опять за своё, за мокрое? Прости меня, дуру старую, это я мелю языком и не думаю. Ты не переживай, давай сейчас отдохнём, поспим, а там, глядишь, и мне мысль какая светлая в голову придёт.
И правда, что-то я совсем расклеилась. Соберись, Катерина, будешь депрессии радоваться дома, мороженку поешь, сериальчик посмотришь, вдовой себя сделаешь для успокоения нервной системы. А пока взяла себя в руки, тряпка, видишь, цель наметилась. Мы ищем путь домой.
Утвердившись в этой мысли, вызвалась помогать Риве стелить нам ночёвку. Старушка хотела уступить мне свою кровать, а сама лечь на лавке, но тут уже я подняла бунт и заявила, что лучше на улице буду спать, чем сгоню бабульку с насиженного места. Увидев мой боевой настрой, Рива уступила.