Тут диагностика заняла меньше времени.
– Тебе п-повезло меньше, но из-за оборота скоро все п-пройдет. А п-пока лучше не слушать рекламу, – усмехнулся Павел.
– Судя по всему, ты гонялся за вторым. И где он? – полюбопытствовал Андрей Васильевич.
– Где, где… П-понятия не имею где! И не надо на меня так смотреть, сам п-попробуй на бревне, настроенном на скольжение по воде, б-быстро д-догнать идиота на электросамокате, в которого еще и не кинуть Сеть. У них маг точно есть – п-понавешал защит, чтоб его... А самокат резко не остановишь – ладно сам убьется, но ведь и кого-то еще п-покалечит своей тарантайкой. И вообще-то я его д-догнал, но этот умник распылил п-подчиняющий газ на две семьи, шедшие навстречу, и п-приказал им убить д-друг д-друга. П-пришлось вмешаться, и он ушел.
Андрей Васильевич тяжело вздохнул.
– Ладно, возвращаемся в офис. Коль тут ничего не узнали, то хоть посмотрим на выводы аналитиков.
– У меня эта штука осталась, – Инга несмело протянула ингалятор. – И вроде как у Ноля есть какая-то штаб-квартира в поместье за городом, и покровители с обещаниями любому магию дать. И…
– Ладно, беру свои слова назад – узнали хоть что-то, – негатор кинул красноречивый взгляд на мага.
– Штаб-квартира, поместье, вонючие, подчиняющие разум пшикалки, – пробормотала Кюн. – Надеюсь, хоть императора никто свергать не намерен, а то это будет уже перебор.
Инга пожала плечами. Уверенности в том, насколько далеко простирались амбиции новых друзей Толика, у нее не было.
Глава 27. Накануне
– Думаешь, если ты будешь смотреть на нее и дальше, то что-то изменится? – полюбопытствовал Андрей, макая в кипяток чайный пакетик.
Павел бы в жизни не предположил, что Лопухов пьет такой вот «вульгарный псевдочай», как сам его называл, на рабочем месте. Раньше маг ни разу не заставал негатора за потреблением столь простого напитка.
Андрей отжал пакетик и выкинул его в мусорное ведро под рабочим столом.
– У меня закончился нормальный чай, а столовая уже закрыта, – мрачно заметил он. И повторил вопрос: – Павел, ты перестанешь гипнотизировать записку или нет?
Маг тяжело вздохнул и отвел глаза от простого листа бумаги, на котором кто-то написал печатными буквами:
«Во имя памяти Вашего отца, называемого в детстве и юности в кругу семьи Лексом Таврическим, и брата, которого Вы звали Витом, не стоит становиться на пути «Новой воли». Берегите себя».
– Аналитики ее п-проверили от и д-до, – мрачно заметил Павел, страстно мечтающий о кофе и о том, чтобы все это дело наконец разрешилось. – Чистая, как кожа младенца. Кто-то очень хорошо все п-потер. Д-дожили – мне угрожают, упоминая то, что мог знать только очень б-близкий к семье... И ладно бы п-просто п-подбросили записку в п-почтовый ящик… Но ее какой-то мужчина п-передал через п-постового Наде.
– А она что? – с бесконечным спокойствием в голосе отозвался негатор.
– Что, что… Сказала, что если в конверте угрозы, материалы д-для шантажа или п-приглашение на свидание, то заведет д-дело. В п-последнем случае – на меня.
Лопухов не удержался от смешка.
– Что смешного? Этот ублюдок п-показал, что знает, кто моя жена, и...
Негатор не удержался – и рассмеялся в голос.
– Паша, то, что Надежда Войцеховская – твоя жена, знают если не все родовитые семьи Москвы, то две трети точно. То, что она работает в полиции, пойдя по стопам отца, деда и прадеда, известно трем четвертям наших аристократов и половине питерских минимум. Ты только сейчас это понял?
Маг вздохнул. Потер руками лицо.
– Я это и раньше знал. Но раньше мне записки с настолько личными угрозами не п-присылали.
Андрей поднял бровь.
– Да ну? Напомнить Черную Метку в деле Сарипова? Телефонные полуночные звонки Мартиросяна? Манекен…
– Хватит! – Павел не хотел вспоминать о том, как он принял обезглавленный манекен за труп.
Хотя бы потому, что привиделся ему труп как раз Лопухова, и среагировал маг соответствующе.
– Я это к тому, – продолжил негатор, – что подобные вещи – крайне неприятная, но, увы, существующая часть нашей работы. То, что в последние лет пять обходится без таких вот эксцессов – исключение, а не правило. И хочу напомнить, что твоя жена регулярно имеет дело с реальными убийцами, грабителями, насильниками и еще множеством сильных и крайне неприятных личностей, и, что самое ужасное, она имела с ними дело и до того, как вы познакомились. Не один год, и вполне успешно.
Павел мрачно уставился на Андрея.
– Умеешь ты п-привносить д-доброе, светлое и вечное.
– А ты не умеешь отпускать ситуацию, – парировал негатор. – Что тебя смущает? «Новая воля»? Их план, который мы пока до конца не сорвали? То, что твоя племянница провела неизвестно сколько времени со своим другом с промытыми мозгами? То, что твоя жена долгие годы ловит преступников и способна сама о себе позаботиться?