Кюн с размаху села на лавочку и похлопала по месту рядом с собой.
– Ты не напрягайся так. Я еще тот фрик, да и Демыч тоже, не знаю уж, видела ты его или нет. Но вообще-то мы нормальные. В некоторых вопросах. Павел Алексеевич, как во второй раз женился, повеселел и стал походить на счастливого человека. Так что, коль ты с нами, то все в порядке будет. Держи нос по ветру!
Инга отмахнулась.
– Я просто… Это случайность. И, наверное, я могу помочь с расследованием. Как свидетель. А потом вернусь на юг.
– Пф. А я – тайская тигрица, – отмахнулась Щенок. – Ты не сильно в это верь-то. Я удивлюсь, если у старших нет на тебя планов. Иначе б сдали в больничку, и дело с концом. Пострадавшая не нужна для следствия.
Инга с прищуром осмотрела новую знакомую. Кюн, чтобы ни говорила, все равно не рассталась до конца с сомнениями в том, что ее могут заменить новой сотрудницей, пусть разумом и понимала, что шансы на то невелики.
Эмпату подумалось, что при всей внешней веселости были же причины, по которой Кюн так важна ее нынешняя работа. Спрашивать об этом она не стала, только заметила:
– Не думаю, что кому-то нужен магик с восьмью классами образования, без документов, жилья и гроша в кармане.
– Десять рублей, – откликнулась Кюн.
– Что?
– У меня было десять рублей. И документы. А остальное – ровно по списку.
– Но ты же оборотень.
– Ага. И, знаешь, когда в рекламе говорят, что корм для собак стал еще вкуснее – не верь. Кроме «Нашей марки», они и правда ничего так.
– Значит, именно в их кормах будет твоя следующая зарплата, – усмехнулся Андрей Васильевич, подходя ближе. – Нашла что-нибудь?
– Да, шеф. Вещи несли в руках, и от дороги. Вести?
– Веди. А ты, – особист повернулся к Инге, – иди за мной и вперед не вылезай.
Она и не собиралась никуда лезть…
Кюн перетекла в облик зверя и легкой трусцой побежала вперед. Андрей Васильевич размеренным шагом отправился за ней. Инга старалась не отставать, хотя утренняя слабость вернулась. Но не бросать же неизвестно где свои вещи.
Щенок вела их сквозь район старых пятиэтажек, похожих друг на друга – видимо, строил один трест или и вовсе один подрядчик. Через пару домов от хостела начинался большой жилой район с просторными пешеходными аллеями и немалым количеством зелени. Строения создавали лабиринт, в котором лишь тонкие асфальтированные, а иногда и просто усыпанные гравием проезды для автомобилей напоминали, что где-то за пределами этих бетонных коробок существует иной мир шумной и яркой Москвы.
Щенок свернула за один из домов и остановилась перед довольно большим старым зданием явно технического назначения. Высокая кирпичная труба подсказывала, что это – котельная. Судя по обшарпанному виду и дырам в окнах – заброшенная котельная.
Кюн остановилась, принюхалась и, вытянув лапу вперед, встала в стойку наподобие виденной Ингой в кино. Смотрелось это у домашней декоративной собаки комично.
Андрей Васильевич разом посерьезнел.
– Уверена? – тихо спросил он.
Кюн закивала.
Кто-то вскрикнул.
Инга вздрогнула. Вскрик был человеческим и шел из-за двери котельной.
– Вы обе – оставаться здесь и никуда не влезать.
Андрей Васильевич подошел к закрытой двери и достал из кармана небольшой продолговатый цилиндр, который аккуратно открыл. Одна половина цилиндра имела нечто вроде кисточки с чем-то зеленоватым и мерзко пахнущим.
Кюн чихнула и отбежала прочь. Инге тоже хотелось отойти, но любопытство победило, и она осталась на месте, наблюдая за тем, как особист осторожно промазывает замочную скважину и щель между створками дверей. Закончив это странное действо, Андрей Васильевич вернул кисточку в цилиндр, который убрал в карман.
Всего несколько мгновений – и от тех мест, куда аристократ нанес зеленую жижу, пошел дым. До ноздрей Инги дошел запах, напоминающий тот, который можно почувствовать рядом со сварочными работами. Налетевший порыв ветра толкнул дверь, и она начала открываться, словно незапертая.
Вскрик раздался вновь.
Андрей Васильевич быстро набрал что-то на телефоне и убрал мобильник в карман. Достал уже виденную Ингой складную дубинку и тихо проговорил:
– Еще раз повторяю: оставайтесь здесь. Сейчас придет полиция – встретите наряд и объясните ситуацию.
Не дожидаясь ответа, аристократ, распахнув дверь, направился внутрь котельной.
Кюн побежала куда-то прочь.
Шаги отдалились. Раздалась ругань на непонятном языке и тихая мольба на русском. Там, внутри, кажется, находилась молившая о пощаде девушка и недовольная женщина. Или мужчина? В грубом голосе ругавшегося не удавалось ничего разобрать.