– У Демыча есть имя, – откликнулся Андрей.
– Есть, но менее умным это его не делает. Замечу, что от меня не было никакого толка, так что в следующий раз я просто одолжу машину. Особенно если ты, Паша, научишь свою кровь не бежать сломя голову неизвестно куда при первых признаках угрозы.
– П-пусть лучше б-бежит, чем ждет у моря п-погоды и останется б-без головы. И д-давай тише, – поморщился Павел, – жучков здесь нет, но и орать не стоит.
– А ты намерен вечность делать вид, что ничего не происходит?
Маг возвел глаза к потолку.
Надя не могла иметь детей, чего не скрывала. Павлу хватило одного фиаско в прошлом – отцом он оказался отвратным, предпочитал дочери работу, работу и еще раз работу. И мать Даши вполне справедливо решила, что лучше никакого отца, чем плохой. Так что Павел считал вопрос детей закрытым навсегда.
Но что-то подсказывало магу, что нынешний шанс обрести родственницу, которую и повоспитывать можно, и по магазинам сводить, Надя упускать не намерена. И это пугало больше, чем перспектива встречаться лицом к лицу с бриттами и их клятой шпионской сетью.
– Кхм, – выразительно напомнил о себе хозяин кабинета.
Павел смутился. Надежда одарила мага весьма многозначительным взглядом – и повернула к нему ноутбук.
– Это мне хороший знакомый из ГИСА прислал.
Павел окинул жену взглядом, в котором любопытство соседствовало с удивлением. Он знал, что Надя, проработав в полиции не меньше лет, чем он сам в Особом, обзавелась немалым количеством полезных контактов, кратно преумножив доставшиеся «по наследству» от отца и деда. Но все же не представлял, что эти контакты были столь высокого полета.
Главный Императорский Семейный Архив включал не только все данные о рождениях и смертях, но и, что куда ценнее, сведения обо всех известных магиках и магах. К тому же некоторые из его отделов занимались в том числе и каталогизацией предприятий, как существовавших в прошлом, так и действующих сейчас.
Последнее интересовало юристов, занимавшихся бракоразводными делами, налоговиков и тех немногих историков, которые пытались восстановить прошлое того или иного рода. К последним часто обращались «новые аристократы» – обычные предприниматели, основавшие доходный бизнес и рассчитывавшие на выгодные браки детей и место в самом высоком обществе или поблизости него. Некоторые из таких хорошо платили за шанс обнаружить себя дальним-предальним, но потомком каких-нибудь Морозовых или хотя бы Сединых. Само собой, настоящие аристократы ко всем таким новообретенным родственником относились весьма прохладно, что не мешало «историкам» продолжать весьма и весьма удачно продавать свои услуги.
Павел считал, что упоминания о старых и новых фирмах больше всего интересовали Тайный Сыск, но эта часть архива не раз и не два выручала и особистов. Возможно, выручит и теперь.
Маг прочел выписку, сделанную без всякого оформления. Потом прочел ее еще раз, медленнее.
– И что нам это д-дает? – он не слишком понимал, почему Надя выглядела такой довольной.
– Не знаю... Может быть, вам интересно, что отец жены вашего странного предпринимателя, якшающегося с бриттами, сел за махинации при строительстве? В том числе и за использование не соответствующей нормам арматуры. А любовница Савонтяна, этого самого папаши-мошенника, открыла предприятие, тоже занимающееся строительством. Записано оно на ее мужа, но шила в мешке не утаишь. По нашим данным, Савонтян никого не посвящал в свои делишки, но вот Инга в этом усомнилась. Остальное сами додумывайте. Ладно, это все, что я хотела сказать. Как девочка?
– Ничего опасного, – Павел пожал плечами, чуть удивленный вопросом, – п-пьет горячий шоколад и работает вместе с молодежью.
– Вот и отлично! Ладно, счастливо оставаться, джентльмены. Я намерена остаток своего выходного заниматься тем, чем положено заниматься на выходном – отдыхать. Всем удачи!
Надежда подхватила ноутбук, помахала негатору и, поцеловав Павла в щеку под недовольное шипение мага, не любившего нежности при посторонних, отправилась восвояси.
– Я обычно против участия полиции, – проворчал Андрей, – но Надежда – исключение.
– П-потому что она п-помогает нам не в рабочее время, – усмехнулся Павел, – и ворчит из-за этого обычно только на меня. Ты что-то еще накопал, п-пока я выяснял, насколько п-плохо закончилась наша п-паршивая идея оставить младших б-без п-присмотра?
– Накопал. И идея не была паршивой, иначе я бы ее не одобрил.
Павел усмехнулся.
– Может, и не б-была, но, когда д-два магика оказались в одном п-помещении с б-беглым народовольцем и шпионкой, – стала. Ненужный риск. Еще и все разбежались.