По дороге встретилось еще несколько жителей, которые в той или иной степени тоже били знакомы с родителями или даже нами. Пришлось выслушивать как же мы подросли и похорошели, что нас помнят еще совсем крохами. Тут практически ничего не происходит, так что новость о вернувшихся девочках, которых все жалели, быстро стала новостью дня.
Наш старый дом выглядел жалко. От того, что я помнила остались некоторые обгоревшие стены и фундамент. Я прошлась, вспоминая, вот тут была кухня, а здесь комната родителей, а вот тут наша с Милли спальня. На полу нашей комнаты я нашла наполовину сгоревшую куклу. Мою любимую куклу детства. Вот тут я не выдержала, упала на колени, и расплакалась. Я помнила, какого цвета тут были стены, где стояли кроватки и шкафы, где, под слоями снега был огород и так любимые мамой клумбы. Не знаю сколько я проплакала, но даже когда слезы высохли, я продолжала седеть и сжимать в руках обгоревшую куклу, пока кто-то не поднял меня за плечи. Смахнула с глаз пелену - это была наша соседка, близкая подруга мамы, я ее вспомнила, даже спустя столько лет.
- Пошли дорогая, чаем напою, а то совсем простудишься. - и она, приобняв меня за плечи, повела меня в сторону своего дома.
- А где Милли?
- Ох, она за домом - женщина указала в сторону более или менее уцелевшей стены.
Я двинулась в ту сторону. Там аккуратно рядом с друг другом, стояли две могилки, а рядом плакала Милли. Я аккуратно подошла сзади и обняла ее. Я думала, что оказавшись здесь так много захочу рассказать родителям, какими мы выросли, чем занимаемся, как живем, однако сейчас в голове было совершенно пусто. Лишь изредко проносились мысли "Я очень соскучилась" и "Все будет хорошо".
Предложение соседки зайти на чай все же приняли. Она хлопотала, выставляя на стол все самые лучшие угощения, рассказывая как все тут было тогда, семь лет назад. Милли играла у них во дворе с ее сыном, наш отец работал в огороде, а мама занималась домашними делами. И, видимо, из печки выскочил уголек, а мама находилась в этот момент в комнатах и не заметила. деревянный дом вспыхнул быстро, как спичка, отец кинулся спасать маму. Тушили всей деревней, но было уже поздно. Вот так маленькая случайность разрушила жизнь целой семьи.
- Я почти не помню родителей, какими они были? - подала голос Милли.
- Ох, я даже не знаю что тебе ответить, милая. Они были обычными деревенскими людьми. Честными и трудолюбивыми, а еще они очень любили вас. Помню, как Молли всем рассказывала радостную новость, что ее дочка поступила в академию в столице. А ты, Милли была такой непоседой, все говорили, что надо просто ремня хорошенько дать, а Молли отказывалась, все носилась за тобой. А ваш папа с раннего утра до поздней ночи пахал в огороде, либо ездил до Кертона, овощи продавать, чтобы вы всегда были одеты, обуты и сыты.
Мы еще долго слушали рассказы о нашем детстве, позже к соседке присоединился и сын, с которым Милли дружила в детстве. Было ощущение, как будто это настолько близко, но настолько из другой жизни. Однако уезжала, чувствуя внутри такое спокойствие, которого уже и не думала ощутить.
Когда вернулись в Кертон на дворе уже была глубокая ночь, я думала, что сразу вырублюсь, а в итоге проболтали с Милли почти до самого утра. Придвинув кровати друг к другу, спрятавшись под одеялом, перешептывались, чтобы никого не разбудить. По доброму фантазировали о будущем, придумывали каким будет мой жених, или как бы все было, если бы не пожар. Скорее всего Милли и вышла за того соседского мальчишку.
Договорились, что к весенним каникулам я подкоплю денег, может подработаю где, и их проведем уже в столице. Сниму комнатку, а может даже и квартирку, Милли полезно хоть ненадолго почувствовать жизнь в столице. А после уже и дадим ответ сыну кузнеца.
Кстати о последнем, наутро, совершенно не выспавшиеся, мы отправились на знакомство с его семьей. Они оказались достаточно приятными людьми. Настолько, насколько приятными могут быть мужик, тридцать лет проработавший над наковальней и женщина, тянущая на себе все хозяйство. Они даже называли меня госпожой магом. А вот их сын смотрел на Милли таким влюбленным взглядом. Эх, если бы и она в ответ смотрела так же, то я и минуты бы не думала над этой свадьбой. А тут объяснила все как есть, что нам нужно достаточно много, особенно по здешним меркам, времени на раздумья. Тут нормально, когда поступило предложение, а через неделю уже играется свадьба. А через месяц новоиспеченная жена уже ходит беременной. А тут на тебе, полгодика будьте добры подождать. Не знаю что заставило их согласиться: влюбленный сын, понимание моего все-таки столичного воспитания или статус мага, но они все таки согласились.