И вот в один из последних учебных дней прошлого года Лили вышла подышать на астрономическую башню. Она шла по ступеням наверх, в очередной раз сбежав из шумной гостиной, и планировала почитать магический роман. Художественную литературу маги тоже писали, хотя выбор был и не особенно велик. На одном из лестничных пролетов Лили увидела Сириуса. Тот стоял, прислонившись к перилам, и просто молчал. Как и любая влюбленная девчонка, Лили не смогла пройти мимо. Она встала рядом и вежливо поздоровалась.
— Мне вот что интересно, — задумчиво произнес Сириус, разглядывая горизонт, — Почему такая красивая девушка вечно ходит в одиночестве? Могла бы взять Джеймса, например.
Лили недовольно насупилась. Джеймс много болтает и все пытается обнять. С ним нужно вечно быть настороже. Разве с ним отдохнешь от шума, если именно он этот шум и создает?
— Мы с ним слишком разные, — осторожно призналась Лили. — Мне с ним сложно.
Сириус лениво перевел взгляд с Запретного леса на Лили:
— Да? А ты ему нравишься.
Лили смотрела прямо Сириусу в глаза. Серо-голубые, такого стального оттенка, что кажутся абсолютно непроницаемыми. Цвет глаз у Блэков не яркий, но запоминающийся. Сама плохо понимая, что именно она говорит, Лили ответила:
— А мне нравишься ты. Я… я люблю тебя.
Сириус вздрогнул. Сразу пропала эта медлительность, лень во взгляде и расслабленность движений. Он словно приготовился к прыжку, внимательно рассматривая Лили. Будто искал намек на шутку, розыгрыш. И не находил.
— Дура, — резко произнес он.
Теперь вздрогнула Лили. Уж слишком неожиданным был ответ на признание в любви.
— Если Джеймс об этом узнает — я тебя сам прибью, — спокойно, недрогнувшим голосом добавил Сириус, обошел Лили широкой дугой и начал спускаться по лестнице вниз.
А она так и осталась стоять там, на площадке, обдумывая странную реакцию Сириуса и эту угрозу, которая звучала пугающе правдиво. И вот сейчас, прячась за статуей, Лили сгорала от стыда еще и потому, что застала в пустом классе именно Сириуса. Как теперь смотреть ему в глаза?
Выбранная ниша была низкой, приходилось наклонять голову, поэтому Лили села на пол, подложив сумку с учебниками, подтянула колени к груди и тяжело вздохнула. Учиться уже не получится. Но и возвращаться обратно, в гостиную, нет ни малейшего желания. Как-то само собой потекли слезы. Не только из-за Сириуса, а вообще из-за всего. Все было плохо.
Живет вдали от дома почти круглый год, родители ее не понимают, а сестра и вовсе ненавидит. В мире маглов она теперь никто. Но и в мире магии никому особенно не нужна. Одни цедят сквозь зубы «грязнокровка», другие относительно вежливы, но все равно смотрят с презрением. Многие, конечно, нормально относятся к маглорожденным, но и у них вечные предубеждения в отношении Лили. А еще липнут всякие парни, все норовят неприличное положение сделать. Лотти говорит, что просто Лили привлекательна, вот чистокровные и надеются ее в постель затащить. Поттер еще тут. Но он хоть с неприличными предложениями не лезет. А она сама любит парня, который теперь с ней почти не разговаривает. У этого парня огромный список бывших любовниц, но Лили даже в этот список попасть не сможет.
И вообще, ей некуда идти. В мире маглов она устроится только что официанткой. После окончания Хогвартса все ученики могут получить в министерстве магловский аттестат, но оценки там будут средние, а характеристик и вовсе не будет. Куда потом идти? В мире магии тоже все не так просто. Многие маглорожденные девушки в итоге зарабатывают на жизнь как придется. Работают официантками и продавщицами, шьют мантии, варят бодроперцовое зелье литрами… Есть слабый шанс, что удастся устроиться в Министерство… Или что поможет Слизнорт… Но вообще все вокруг уверены, что Лили крупно повезло, она просто выйдет замуж за Поттера. Что самое печальное, Лили и сама начала рассматривать Поттера как мужа. Не только потому, что это позволит относительно безбедно существовать в мире магии. Но еще и потому что так она сможет часто видеть Сириуса. Во всех остальных случаях она вряд ли сможет встречаться с Блэком хотя бы раз в месяц.
— Вылезай, — раздался снаружи знакомый голос.
Низкий, хриплый, к тому же Сириус немного тянул гласные звуки, что позволяло безошибочно узнавать его, даже не видя лица. Лили поспешно утерла слезы, но вылезать не спешила.