— Все обряды Лорд проводит стоя на алтаре, — сказал Сириус. — Вон там, видишь, даже ступенька есть. Это чтобы я себе лоб не расшиб, когда туда полезу.
Лили улыбнулась. Метра три в длину, метра два в ширину — самая обычная плита. В Стоунхендже и то больше мистики и магии.
— Видишь металл на полу и стенах? — обратил внимание Лили Сириус. — Видишь, что стены украшены этим металлом только с трех сторон?
Лили проследила взглядом и удивленно кивнула. Пол был почти полностью испещрен металическими линиями, но все оно соединялись в трех точках у стен, чтобы затем вновь размножиться, рисуя колонны на стенах.
— Идем сюда, — Сириус подозвал ее к одной из таких нарисованных ажурных колон и указал, — Видишь, металл уходит внутрь стены? Это не просто рисунок, это проводник магии. Сам родовой алтарь — артефакт старинный и первобытный. Раньше в одном помещении и ритуалы проводили, и пленников пытали, и Лорд с Леди энергиями обменивались. Потом придумали это. Металл проводит магию из трех других помещений сюда, к алтарю.
Лили завороженно провела рукой по металлическому кружеву. Так вот, значит, о каком вспомогательном артефакте говорилось в Наставлениях.
— Вход в пыточную находится снаружи дома, чтобы не тащить пленников через дом. Вон та колонна собирает энергию оттуда. Ну… собирала. Пытки официально запрещены и наша семья предпочитает не рисковать.
Лили неуверенно прошлась по периметру комнаты. Здесь было какое-то особое ощущение, какая-то близость к магии. Она читала, что в стены этого зала непременно вмурованы тела врагов семьи и нескольких сильных магических животных. А под самим алтарем покоится саркофаг с останками одного из представителей рода. Он выпивал особое зелье, его должны были замуровывать еще живым. Жутковато.
— Свет на потолке — это магические кристаллы. Когда-то они были жутко модными, а сейчас их редко делают: это продукт магии крови. То есть создавать их могут единицы. Поэтому осталось их немного, они со временем перестают светить. Так как у Блэков талант к магии крови — один из самых часто встречающихся, у нас таких светильников много.
Лили снова кивнула. Вслед за Сириусом она вышла из круглого зала и вошла в дверь комнаты Лорда и Леди. Это было огромное квадратное помещение. Все те же каменные стены и пол, только потолок светился не целиком, а отдельными пятнами, а еще металлическая вязь здесь оплетала все плотнее, причем и потолок в том числе. У дальней стены стояла огромная кровать, а по самой комнате располагались кресла, пуфы, обитые кожей высокие скамейки, несколько простых лавок, а по центру комнаты с потолка свисало несколько цепей. Лили поежилась. Эта комната тоже вполне напоминала пыточную.
— Обычно браки чистокровных магов — это скорее договор, чем неземная любовь. Но иногда невесту брали силой. Ну там, нужный для семьи редкий магический дар, или просто кто-то по-дурацки влюбился. Ну, а еще некоторые Лорды держат наложниц.
— Я читала. Ты, получается, тоже имеешь на это право.
— Я имею право на подобное перед Магией, но для Министерства это недопустимо. Но некоторые в итоге берут домой просто любовниц. Смысл тот же, только вроде как добровольно, — ехидно уточнил Сириус.
Лили и сама знала, что запрет на наложниц нисколько не улучшил положение девушек. Нищие магические семьи как продавали девушек в сексуальное рабство богатеньким извращенцам, так и продают. Курс специальных зелий из любой сделает послушную куклу. Лили даже боялась, что и ее может постигнуть такая же участь.
— У тебя будут любовницы? — с прищуром спросила она у Сириуса.
— Это первый семейный скандал? — уточнил Блэк.
Лили замолчала, насупившись. Сириус расхохотался: его смешил этот ее образ обиженного ребенка. Но он все же понимал, что для нее это важно. Вот только гарантий давать не хотел: в мире магии словами раскидываться не принято.
— Вернемся к этому разговору через годик. Быть может, ты к этому времени захочешь, чтобы у меня появилась любовница?
Лили недовольно отвернулась от него, но Сириус продолжил:
— Секс втроем? Любовника тоже, кстати, я могу завести. В плане секса у магов нет предрассудков. Это жениться я должен на женщине.
Лили удивленно уставилась на Сириуса: