Голодной оставаться не хотелось, да и Кос стоило предупредить, к тому же ир Вильос дал им на сборы лишние десять минут, так что после звонка Иль сперва забежала в столовую. Как впоследствии оказалось, это было верное решение. Услышав, что подруге предстоит практикум на полигоне, некромантка оставила тоже проникшегося серьезностью ситуации Ника стоять в очереди, а сама утащила менталистку собираться. Все возражения были встречены категорическим:
— Потом спасибо скажешь.
В комнате Кос первым делом поставила греться чайник, потом, пока Иль вытаскивала «самые теплые вещи», сбегала к себе за термосом. Вернувшись, раскритиковала уже выбранный подругой наряд и заставила переодеваться. Колготки, брюки, майка, свитер, жилетка и поверх всего этого уже куртка. Оглядев результат, прикладная некромантка резюмировала:
— Нужно будет сводить тебя выбрать брюки с подкладом. — И нахлобучила ей на голову свою шапку с «ушами», завязывающимися под подбородком. Поверх был завязан широкий толстый шарф.
— Ну вот. Теперь ты готова.
— А сапоги? — напомнила Иль, которую уже вместе с термосом и притащенными Ником пирожками, в четыре руки попытались вытолкать из её собственной комнаты.
Спохватившись, что забыла о самой важной детали, Кос оглядела ряды обуви у порога.
— Мдаа. Южный ты человек. И размеры у нас как назло разные… Ладно, надевай эти. Но с нормальными носками. Есть шерстяные?
— В шкафу, — пропыхтела уже изнывающая от жары девушка.
— О! Две пары. Отлично, вторую возьмешь на запас. Обогревайку на ноги, если что знаешь?
— Давно не пользовалась, но знаю.
— Старайся не сходить с тропинки, — посоветовал третьекурсник, когда она уже, пыхтя, застегивала обувь. — Снег сейчас глубокий, провалиться можно. Да и нежить она хитрая.
— Думаешь, там будет тропинка? И её будет видно? — возмутилась Иль. — Темно же уже!
— Освещалка в помощь. А ещё вот, — Кос выудила из собственной сумки небольшой амулет. — Потрёшь, начинает светиться. Неярко, но достаточно. Всё, идём. И так уже на семинар по артефакторике с тобой опаздываю!
Ник, тоже явно куда-то опаздывающий, кивнул и ускорился.
Ир Вильос, дожидавшийся студентов на крыльце главного корпуса, встретил появление закутанной как на северный полюс Иль одобрительным кивком. Кос и Ник удостоились замечания вроде как в пустоту: «Пара уже десять минут как началась», но без конкретных санкций.
Народу пока было мало. Как шепнула подруге Сандра, отправились переодеваться. Сама недонекромантка, как и другие её коллеги по несчастью, была одета очень и очень тепло, с валенками на ногах.
Появление Сиры и Оли было встречено недовольным:
— Ир Войтеги, ир Миис, то, что на вас — это не тепло. Зимой в лесу, а тем более на полигоне, в городской одежде нечего делать. Бегом переодеваться! Не успеете за десять минут или не найдёте достаточно теплой одежды — останетесь в академии и пропуск будете с второй подгруппой отрабатывать сегодня четвертой парой. Или вообще с прикладниками. То-то они повеселятся!
Оли и Сиру как ветром сдуло.
— Есть охота, — вздохнула соседка Кос, проводив их взглядом. — Успели бы до столовой или буфета сбегать, пока они переодеваются.
— Пирожок хочешь? — предложила Иль, вспомнив о заначке.
— Откуда?
— Ник принес.
— Ээх, мне бы такого кавалера… — уже жуя, а оттого невнятно, позавидовала Сандра. Прожевав и запив из своего, также предусмотрительно захваченного, термоса, сообщила: — Впрочем, я согласна и на то, что вам с Кос ваши будут таскать еду, а вы будете делиться!
Иль едва не подавилась чаем. Проректор хмыкнул.
Вопреки ожиданиям Ильды и Сандры, да и его собственным словам насчёт леса далеко их ир Вильос не повел. Полигонов у некромантов хватало, и для первой практики преподаватель выбрал тот, что поближе.
Тропинка, начинающаяся у корпуса спиритистов, была утоптанной, похоже, за несколько дней с начала семестра сюда уже успели сходить не раз и не два. Идти по ней пришлось цепочкой, так что группа растянулась.
Поскрипывали на ветру редкие сосны. Темнело: ночи зимой были длинными. Несколько человек зажгли светлячков, кое-кто достал амулеты вроде того, что Кос дала подруге. Несколько раз пересекли свежую лыжню: кажется, слова физрука относительно лыж не были пустым звуком.