– И что изменится от того, что мы появимся в парке на пять минут позже? – резонно возразил ему кузен. – Помешаешь воспитанию провинившихся, леди рассердятся, и воспитывать будут уже тебя, ну и нас заодно, как твоих спутников, не успевших вовремя увильнуть от расправы.
Маркиз, сочтя это забавной шуткой, расхохотался, скаля крупные зубы.
– Будут воспитывать? Меня? И каким же это образом? – пропыхтел он сквозь смех. – Говорить «ай-ай-ай, как нехорошо, как стыдно»? Так на меня подобная чушь не действует.
– Тебя вчера на ужине не было? – мирно осведомился граф Ванский, отвечая вопросом на вопрос.
Журский обрисовал в воздухе очертания соблазнительной женской фигурки и смачно чмокнул мясистыми губами.
– Нет, я провел вечер и ночь в городе. Представляете, встретил одну весьма миленькую особу, у которой муж уехал по делам в Бурминдию. Бедняжке было так скучно, так одиноко, пришлось ее весьма энергично утешать до утра. Так что во дворец я вернулся только днем и сразу наткнулся на вас. А что там вчера было без меня? – вяло поинтересовался он, уверенный, что во дворце ничего забавного произойти не может априори, этого не допустит чопорная герцогиня.
– Так, всякая ерунда, – граф с удовольствием представил себе потрясение дружка при встрече с сестрами и ни о чем его предупреждать не стал. – Не стоит твоего внимания, да мы уже и приехали.
Карета остановилась, они выпрыгнули на утоптанную площадку и замерли, с легким трепетом обозревая открывшуюся перед ними невероятную картину.
Глава пятая
Уйдя в свои покои после шуточного сражения, сестры заперли дверь заклинанием, поскольку никаких других запоров на ней не наблюдалось, и дружно сморщили точеные носы. Вошедшая вместе с ними Мариула усмехнулась, говоря:
– И как вам показался ваш замечательный женишок?
– Да все так же, – Изабель, враз растеряв свои командирские замашки, с разбегу прыгнула на широкий мягкий диван и забросила ноги на стоявший рядом столик. – Как же мне здесь не нравится! Такие все вокруг унылые, жеманные и чопорные, особенно герцогиня! И когда это закончится? Хочу приключений, опасности и чтоб кровь играла! А здесь до чертиков скучно!
– Мне тоже, – поддержала ее Беатрис, но не так уверенно. Устроившись рядом с сестрой, гулко постучала себя по пустому животу, вздохнула и пожаловалась: – Я ужасно голодна. Есть хочется просто жутко. Мне от этих жалких листиков плохо, аж голова болит.
Изабель подкинула с ноги туфлю, улетевшую куда-то в дальний угол.
– Но ты была великолепна! Как ты построила эту высокомерную герцогиню! Да и всех остальных заодно, особенно ту выпендристую тетку с закидонами. Королеву ей подавай! Нахалка! Но кормили нас в самом деле преотвратно, не ожидала такого от герцогского стола. Давай стащим что-нибудь поприличнее на кухне. Не верю я, чтоб повар не заныкал для себя чего-нибудь вкусненького.
– Слетаем на кухню под мороком? – весело предложила взбодрившаяся Беатрис. – Сделаем запасы на черный день. От подаваемой для герцогских гостей пищи и похудеть недолго. А мы с тобой и так не толстые.
– Не стоит так неприлично вести себя в чужом доме, – чопорно предостерегла их Мариула, молитвенно сложив руки под грудью, как монашка.
– Будешь занудствовать, тебе ничего не дадим, – холодновато осадила ее Беатрис. – Или ты сыта? Сытый голодного не разумеет, как известно.
Привыкшая к гораздо более обильной и сытной пище, чем было предложено слугам в общей трапезной на первом этаже, служанка вынуждена была признать, что тоже голодна. Уступая своим госпожам, осмотрительно предупредила, чтоб те были поосторожнее, ведь одно дело – устроить неожиданный фейерверк, и совсем другое быть пойманным за кражей еды с герцогской кухни.
– Ладно, не волнуйся, никто нас не заметит. Готовь стол, мы сейчас быстренько слетаем на кухню, стибрим чего-нибудь повкуснее. – Изабель лихо сбросила вторую туфлю, улетевшую в угол в пару к первой, и осталась в одних чулках. Взлетев над полом, резво понеслась по воздуху к распахнувшемуся перед ней окну.
Беатрис с веселым взвизгом рванула следом, радуясь очередному озорству. Они плавно облетели дворец по периметру, ориентируясь больше на запахи, чем на зрение, и не ошиблись – кухня оказалась в полуподвале под главной трапезной. Из приоткрытого окна пахнуло теплом и свежей выпечкой. Накинув невидимость, сестры бесшумно пробрались на кухню и понятливо покивали, увидев, чем занимается шеф-повар со своими поварами и помощниками.