Она не выглядела страдающей, так что я просто следил за её лицом, готовый выдернуть её, если книга взбесится. Страницы зашелестели, Грейс подняла руку, позволяя книге пролистать саму себя. Она остановилась на трети пути, на пожелтевшем листе, исписанном темными чернилами.
— Это не английский, — выругался Максимус. — Стоило ожидать.
Тонкие пальцы Грейс снова опустились на книгу.
— Покажи мне, — прошептала она. Я мог бы поклясться, что на её щеках на миг вспыхнули бледные синие узоры. Я моргнул — и они исчезли. Было ли это воображение или лед проникал в её магию? Буквы замерцали, незнакомый скрипт начал двигаться по странице, перестраиваясь. Буквы складывались в слова. Слова, которые мы теперь могли прочесть.
— Ты точно не обычная ведьма, — заметил Джейкоб, изучая её. — Я чувствую связи с нашей родиной. С Волшебной страной.
Он был прав. Эта ледяная магия меняла её энергию. Тьма всё еще была там, но она казалась приглушенной.
Джейкоб положил руку на книгу.
— Покажи мне.
Ничего не произошло.
Брекстона это позабавило, он скрестил руки на груди.
— Кажется, Грейс здесь главная, Джейк.
Джейкоб подмигнул ей.
— Я бы тоже слушал красивую женщину охотнее, чем мужика.
— Перестань с ней флиртовать, — отрезал я.
Он подмигнул и мне.
— Не говори, что боишься конкуренции, брат?
Прежде чем ситуация накалилась, Грейс развернулась и шагнула ко мне. Она положила обе ладони мне на грудь, глядя в лицо. Огонь внутри меня утих, сменившись медленным теплом.
— Тебе никогда не придется беспокоиться о конкуренции, Тай, — сказала она достаточно громко, чтобы Джейкоб услышал.
Мой идиот-брат прижал руку к сердцу, изображая смертельную рану, но его глаза смеялись. Грейс высунула ему язык.
— Я обожаю Джейкоба, он семья, но ты… ты гораздо больше. Ты — моя пара.
Мои губы нашли её губы, и, несмотря на возившегося ребенка и многократное покашливание братьев, я не отпускал её долго. Когда я наконец отстранился, Джесса и Миша широко улыбались, а мои братья выглядели измученными — но с большой долей понимания.
Книга засветилась, снова приковывая наши взгляды.
— Пора читать заклинание, — хрипло сказал я.
Грейс слегка пошатнулась, её щеки густо покраснели. Она взяла себя в руки и склонилась над своей «новой лучшей подругой». Я читал текст через её плечо.
Чтобы снять защиту. Чтобы вернуть утраченную силу.
Кровь скованных. Узы земли. Мир стихий. Жизнь проклятия.
Десять капель красного. Десять прядей волос. Возьми слова и переверни их.
Вандера сустен каресин летч нанинда ревеле.
Открой путь к каждому откровению.
Грейс уже тянулась к своим волосам.
— У тебя есть лезвие?
Я вытащил короткий, сверхострый кинжал из-за пояса. Мы часто пускали кровь для заклинаний, и это лезвие резало чисто. Она не просила помощи; как целитель она привыкла к виду крови, но мне всё равно это не нравилось.
Она взяла кинжал, отрезала десять волосков и положила их на страницы.
— Куда капнуть кровь?
— Прямо в книгу, — раздался голос сзади. Черик вернулся, чтобы нас поторопить. — Магия в страницах. Она примет подношение и, если вы достойны, дарует заклинание.
Грейс не колебалась. Она глубоко уколола указательный палец левой руки и выдавила десять капель на старый пергамент. Кровь секунду оставалась на поверхности, затем медленно впиталась, не оставив следа.
— Вандера сустен каресин летч нанинда ревеле, — нараспев произнесла Грейс, когда упала последняя капля. — Покажи нам принцесс.
Мы ждали целую минуту, но ничего не случилось. Я быстро перечитал текст, пытаясь понять, что не так.
— Может, попробуй прочитать слова задом наперед? — предположил я, гадая над этой криптической чушью.
Она кивнула.
— Да, это может сработать.
Напряжение росло. Грейс произнесла древние слова снова, глубоко вдохнула и повторила их в обратном порядке. Как только последний слог сорвался с её губ, вокруг нас поднялся ветер — громкий, шквалистый. На полках ничего не шевелилось, страницы книги не трепетали, но нас семерых начало швырять из стороны в сторону, ветер рвал одежду и волосы.
— Что, черт возьми, происходит? — проревел Максимус, притягивая к себе Мишу. Он закрыл её собой, я сделал то же самое с Грейс. Брекстон подхватил Джессу и поставил её в центр, рядом с Грейс. Мы образовали круг как раз в тот момент, когда ветер окончательно взбесился.