Тревор отступил, фонарь в руке. СС открыл дверь и сделал приглашающий жест, мол: «После вас». Я не шелохнулась. СС громко выдохнул и впервые за сегодня заговорил:
— Тебе не обязательно каждый раз выбирать трудный путь. Результат всё равно один, так зачем добавлять боли в свой день?
Я так сильно стиснула зубы, что казалось, они треснут под давлением; ногти впились в ладони до крови. Мускулистый маг сделал шаг ближе, бросаясь на меня. Я была вялой и слабой, но я уже знала его повадки. Я знала, как он движется. Мне удалось нанести приличный удар ему в горло и полоснуть ногтями по лицу, прежде чем он обхватил меня руками.
Он сжал меня так крепко, что его дыхание хрипело у моего уха. В этот раз я оставила на нем отметину, что дало мне маленькое чувство триумфа. Я буду бороться с ними, пока не останется другого выхода — пока я не умру.
Обычно в этот момент меня приковывали цепями к решетке двери, но на этот раз СС вышел из комнаты, и, следуя за слабым светом впереди, мы двинулись по какому-то коридору, а затем к лестнице.
Я висела на груди высокого мага, зажатая двумя мощными руками; моя избитая и исцарапанная спина кричала от боли. Ребра были сломаны во время прошлой пытки и еще не до конца срослись. Мои ноги болтались в воздухе, и я брыкалась изо всех сил. Я должна была попытаться, сейчас или никогда. Это была лучшая возможность сбежать за два месяца — я наконец-то была вне клетки и не на цепи.
Хватка на моей груди усилилась. Я задыхалась и металась; перед глазами заплясали темные пятна от внезапного наплыва света.
В других обстоятельствах я могла бы заплакать, увидев первые лучи солнца за долгие недели. Мой первый взгляд на что-то, связанное с природой — я была ведьмой; мы привыкли регулярно общаться с Матерью-Землей. Но мои слезные протоки давно пересохли. Тем не менее, я не сводила глаз с танцующих лучиков света.
В тот момент меня осенило — пока я была заперта в этом подвале, мир продолжал вращаться. Люди, которых я люблю, были где-то там, даже не подозревая, что со мной случилось. Мой кузен обожал издеваться над тем, что меня никто не придет спасать, но эти колкости меня не задевали. Я сама сделала так, чтобы меня не искали. Я попросила — нет, потребовала — личного пространства. Решение, о котором я пожалела как минимум миллион раз с тех пор, как ушла от Тайсона.
Тайсон Компасс. Впервые за долгое время настоящая вспышка эмоций потрясла меня, от чего грудь и легкие заныли, пока я пыталась вдохнуть. С ним всегда было так. Слишком много эмоций. Слишком сильно. Огромный потенциал для счастья, но еще больший — для разбитого сердца.
Глаза всё еще горели, но когда я отвернулась от света, я поняла, что мы находимся в знакомой, хорошо освещенной комнате. НЕТ! Я никогда не видела ничего, кроме подвала, но я знала эту комнату.
Я точно знала, где нахожусь.
За огромными панорамными окнами раскинулся зеленый луг, на котором я сотни раз играла в детстве. Я была в доме своей бабушки, куда и направлялась, когда меня похитили.
Тревор посерьезнел, запрокидывая голову, чтобы взглянуть на меня.
— Не пытайся звать на помощь, весь дом магически запечатан. Никаких звуков наружу или внутрь. Никакой магии. Это мертвая зона.
Мужчины быстро двигались по дому. Всё было открыто и залито светом; отполированные деревянные полы бабушки ярко блестели, мансардные окна и проемы впускали естественный солнечный свет. У неё были новые шторы с узором из ярко-пурпурных роз. Полная противоположность моей темнице в подвале. Ад с кусочком рая наверху.
Я старалась не думать о том, куда они могут меня вести. Или где мои бабушка с дедушкой. Неужели Тревор и им причинил вред?
Я на миг задумалась, не прервать ли свое молчание. Может, мне удастся спровоцировать Тревора на какую-нибудь глупость или вытянуть информацию, но каждый раз, когда я открывала рот, ничего не выходило. Часть меня знала: если я издам хоть звук, то просто начну кричать и уже никогда не остановлюсь. Ярость и боль внутри меня были реальными — темными и штормовыми, ждущими выхода. Тьма снова выросла в моем сознании, и я попыталась успокоиться. Я чувствовала: если эта яма с мутными щупальцами выйдет из-под контроля, я потеряю что-то очень важное. Например, саму себя.
Мои глаза неистово дергались от яркого света. Слабая и уставшая, я бы долго не протянула в таком состоянии, но не могла сдаться. Не теперь, когда я знала, что моя семья может быть в беде.