глава 5
Некоторое время не происходило ничего. С замиранием сердца и лёгкой нервной дрожью я ждала зелёной вспышки портала, но минуты шли, а я всё так же оставалась в полном одиночестве. На смену недоумению пришёл страх. Что, если с Земли не доходит сигнал браслета, и мне придётся искать альтернативные пути возвращения в Цитадель? Или, что ещё хуже, моя самоволка не осталась незамеченной, и в дальнейшей службе в Корпусе мне было отказано? Или я оказалась не нужна моей команде?
Я могла бы изобрести ещё с полсотни жутких вариантов происходящего, один ужасней другого, включая тот, где я страдаю от прогрессирующих галлюцинаций, заставляющих меня поверить в существование магии. Но спустя ещё несколько секунд на полу прямо передо мной проступили на потёртом паркете тонкие зелёные линии. С каждой секундой они проявлялись всё сильнее и светились всё ярче, и, наконец, вспыхнули так ярко, что мне пришлось прикрыть глаза, а когда я снова их открыла, то увидела Тину.
Увидев меня, маленькая ледяная волшебница сначала улыбнулась, а потом внезапно всхлипнула и бросилась ко мне на шею.
— Лара, — воскликнула она, — ты ведь не уйдёшь из Корпуса?
Ну что ты, — я обняла её в ответ, — куда я от вас? Но почему ты одна? Мальчики заняты?
— Ой, Лара, ты же не знаешь!
И мне быстренько пересказали то, что произошло в Корпусе за время моего отсутствия. Светлая Цитадель в одночасье превратилась в театр военных действий, а на главной сцене ставили драму в духе «Вильяма нашего, так сказать, Шекспира». Главные роли в ней исполняли, разумеется, Хирд и Нейт. Я зря боялась того, что Хирд расскажет Нэйту о моей предполагаемой влюблённости — нужно было сразу начинать продумывать защитную речь, потому что первое, что устроил Хирд после возвращения в Цитадель без меня — скандал. Тина слышала всё до последнего слова, потому что в самом начале залезла под стол и старалась не отсвечивать. Сначала Нэйт вытягивал из Хирда подробности нашей с ним вылазки, потом орал, потом рвался возвращать меня в Цитадель, но вместо этого подбил Хирду глаз, получил в ухо и…
Дальше Тина ничего не могла рассказать, потому что тогда наш командир не сдержался, и во все стороны хлынули неконтролируемые потоки тьмы, прямиком с той стороны Врат. Маленькую волшебницу спас только огромный магический резерв и врождённая способность к магии льда — родная стихия создала сферический щит вокруг своей носительницы и свела на нет возможные последствия несдержанности полудемона.
— Лара, это было так страшно, — дрожащим голосом рассказывала Тина, вцепившись в мою руку, как в спасательный круг, — я будто оказалась за вратами, где ни капли света — только холод, тьма и страх.
«Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город, — внезапно вспомнила я фразу из любимой книги детства, — пропал Ершлаим, великий город, пропал, будто и не существовал на свете»
— А когда пришёл вызов через браслет, они принялись выяснять, кто пойдёт тебя забирать. Я не стала дожидаться, пока они договорятся между собой, и убежала к стационарному порталу. Ты ведь возвращаешься насовсем? — и Тина устремила на меня умоляющий взгляд своих лучистых глаз.
— Ну, — усмехнулась я, — если меня не уволят за несогласованный внеплановый отпуск, то насовсем.
— Ура, — обрадовалась Тина, — тогда пошли скорее!
И мы вместе принялись чертить новую пентаграмму. Я не волновалась из-за того, что она может остаться на полу после нашего перехода и очень удивить вернувшихся с работы родителей — порталы подобного типа были одноразовыми и бесследно исчезали сразу после выполнения функции. Это было удобно, учитывая, что работали мы преимущественно в общих землях, жители которых не были осведомлены о существовании магии и сверхъестественных существ.
Закончив с этим простым, но достаточно муторным делом, я черканула записку родителям, сгребла в кучу оружие и форму, оставшись в своих старых вещах, и шагнула в круг портала, мимоходом ностальгически порадовавшись зелёному свету. По ощущениям, с того момента, когда я очутилась в родном городе посреди ночи, прошла целая вечность, за которую я успела соскучиться по своей команде и осознать две важные вещи:
Первое: я воспринимаю Хирда только как друга.
Второе: мне, кажется, нравится Нэйт.