— Что-то случилось? — осведомилась я, когда мне окончательно надоело её копошение.
— Нет, ничего, — последовал ответ, и после короткой паузы прозвучало сакральное, — я хотела предложить тебе выпить.
Мне, определённо, не стоило соглашаться на это более чем щедрое предложение, но в тот момент мне и море было по колено, и горы по плечо, и амфисбена на один зуб. Так что я, немного подумав, поддержала идею «немного выпить, чтобы расслабиться и завершить уже этот странный день». В столовой Корпуса алкоголь не наливали, о чём я не преминула упомянуть, на что Катара, загадочно улыбаясь, ответила, что у неё есть с собой. Причём всегда. Последнее уточнение, по идее, должно было меня насторожить, но, как уже было сказано выше, я в тот день чувствовала себя всесильной и бессмертной. Заговорщически перемигиваясь и периодически начиная хихикать, мы почти бегом направились в её комнату, только чудом не встретив по дороге никого из нашей теперь общей команды.
Комната Катары напоминала поле боя, по которому сначала несколько раз прошли боевые слоны, а потом прилетели назгулы и принялись искать кольцо всевластья. Да, настолько сильный там был бардак. Я даже на некоторое время перестала переживать по поводу неубранной постели у меня в комнате. Причём, давно неубранной — примерно с того момента, как мы с Хирдом сорвались в самоволку к нему домой. Надо будет сменить бельё, как доберусь до своей комнаты, и перестать, наконец, использовать тот злосчастный день как точку отсчёта.
— Я пока не успела обжиться, — мимоходом объяснила Катара сей фантастический бедлам и направилась к шкафу.
По пути она ловко перешагивала, перепрыгивала и обходила валяющиеся тут и там вещи, книги и загадочные предметы, о назначении которых я даже не догадывалась. Большая их часть напоминала артефакты, о которых я успела прочитать во время книжного запоя, в который упала почти сразу после того, как попала в Корпус и узнала о библиотеке. Активатор, найденный Тиной на кладбище, попади он сюда, мгновенно слился бы с обстановкой и потерялся бы среди таких же магических предметов с той стороны Врат.
Пока я разглядывала комнату своего нового товарища по команде, более всего напоминавшую комнату девочки-подростка, только намного опаснее в магическом плане, суккуб успела добраться до шкафа. Забравшись в него едва ли не по пояс, обратно она вылезла уже с двумя внушительных размеров бутылками зелёного стекла в руках.
— Начнём с вина, — заявила она.
— Начнём? — удивилась я, — мы же, вроде, собирались просто немного выпить за встречу. Обмыть, так сказать, знакомство…
— Да не боись, — отмахнулась суккуб, — я напивалась столько раз, что и не вспомню уже, сколько именно. У меня есть опыт, так что ничего страшного не случится, клык даю, гра’аш хан ду!
Я поёжилась, но отступать было поздно, так что я просто приняла бутылку — за неимением стаканов, пить собирались по-простому, из горла.
— Падай рядом, — сказала Катара, усевшись прямо на пол рядом с кроватью и похлопав ладонью по полу рядом с собой.
Я осторожно обошла все неопознанные и даже, на всякий случай, опознанные вещи, раскиданные тут и там, и пристроилась рядом. Суккуб отмахнулась от вопроса про штопор и, вырастив себе коготь на указательном пальце, ловко зацепила им пробку в моей бутылке. С громким «чпок» пробка покинула стеклянное горлышко, и по комнате сразу поплыл сильный, но очень приятный запах. Что-то сладкое, с примесью трав. По моим воспоминаниям, так мог пахнуть только глинтвейн, и я раньше времени обрадовалась — глинтвейн по природе своей не может быть очень крепким, так что сильно мы не напьёмся.
Проделав те же манипуляции со своей бутылкой, Катара выкинула обе пробки куда-то в сторону и сразу же сделала большой глоток. Я, ещё раз принюхавшись, последовала её примеру. Напиток по вкусу лишь отчасти напоминал глинтвейн, но был, действительно сладким, лишь чуть-чуть терпким, а травы и специи, входящие в его состав, я даже не бралась опознать — что-то мне подсказывало, что в моём мире аналогов тому, что я пью сейчас, не найти.
— Так что у тебя с Нэйтом? — внезапно поинтересовалась суккуб.
В голове моей уже после пары глотков поселилась приятная лёгкость, и ещё слегка шумело, но эти ощущения мгновенно пропали, когда я вникла в суть вопроса.
— В смысле, что у меня с ним? — не поняла я и отпила ещё, чтобы вернуть это приятное чувство лёгкости, — Он мой командир. Он принял решение забрать меня в Корпус, а потом взял на себя ответственность за моё здесь пребывание. А ещё он мой киаму и мой друг. Вот, вроде, и всё.