Зелёный свет вспыхнул и погас, и я оглядела местность, в которой мы оказались. Нас окружал лес, изумрудно-зелёные кроны деревьев перешёптывались и слегка позвякивали, потревоженные порывом ветра, трава под ногами раскинулась пушистым ковром. И вся эта зелень чуть взблёскивала в лучах солнца, то выглядывающего из-за туч, то снова скрывающегося. Я присела, чтобы приглядеться к траве, а потом подошла к ближайшему дереву, чтобы потрогать веточку. Результат быстрого осмотра оставил меня в состоянии лёгкого недоумения: всё вокруг было покрыто тончайшим слоем идеально прозрачного льда. Но ведь лёд холодный, и всё, что он покрывает, должно достаточно быстро умереть, ссохнуться, замёрзнуть. Однако растения, похоже, чувствовали себя прекрасно и продолжали жить, как ни в чём не бывало.
— Добро пожаловать в ледяное королевство, — буркнула Тина.
Мрачное выражение лица снова сделало её визуально старше, но она очень гармонично смотрелась здесь, среди всего этого почти-зимнего великолепия. И неудивительно — ведь она была дома.
— Пойдёмте, — вздохнула девочка, — я познакомлю вас со своей семьёй.
И мы пошли.
— Как ты? — тихо спросил Нэйт, оторвав меня от любования местными красотами.
— Вроде, ничего, — так же тихо ответила я, — если почувствую себя хуже, обязательно скажу.
Он кивнул и больше ничего не сказал, но держался рядом, чтобы, в случае чего, снова подхватить меня и нести дальше на руках. От этого становилось тепло, но у меня и в мыслях не было симулировать слабость, чтобы заставить его нести меня. Это было бы враньём, а у нас в команде отношения были построены на честности.
Я вдыхала холодный воздух и вертела головой во все стороны, рискуя заработать головокружение, когда лес внезапно кончился и перед нами раскинулся маленький городок, в самом центре которого выстреливал острыми башнями в пасмурное небо замок.
— По улицам ходите осторожнее, — предупредила Тина, — здешние жители предпочитают коньки.
Я не сразу поняла, о чём она говорит, но первый же синяк, полученный мной в результате падения сразу после того, как мы прошли через городские ворота, объяснил мне всё без лишних слов. Здешние, и правда, предпочитали коньки. Ледяная Венеция — это было первое сравнение, пришедшее мне в голову. По замёрзшим каналам, как по катку, легко скользили люди. Кто-то держал что-то в руках, не испытывая при этом никаких неудобств, а кто-то вовсю исполнял пируэты, которые могли бы вызвать зависть любого профессионального фигуриста. Мы двигались в связке, крепко держась друг за друга, и это выделяло нас из толпы местных получше формы Корпуса.
— Я научилась кататься раньше, чем ходить, — скучающе сообщила Тина, которая уже успела раздобыть где-то коньки и теперь наматывала вокруг нас круги, периодически помогая кому-нибудь из нас подняться.
Я наблюдала за ней с завистью, потому что в детстве мечтала о карьере профессиональной фигуристки. Позже это желание отошло на задний план и напоминало о себе только зимой, когда на площадях открывали бесплатные катки, и я ходила на них, чтобы, держась за ограждение, неловко проехать пару кругов. После этого я возвращала коньки в шкаф и забывала о похороненной мечте до следующей зимы.
Внезапно из-за поворота прямо на нас вылетела девушка с такими же светло-голубыми волосами, как и у Тины. И с такими же голубыми глазами. Она держала за руку молодого человека самой обыкновенной наружности. Оба они над чем-то смеялись, но, увидев Тину, мгновенно приняли вид серьёзный и даже угрюмый.
— Тина, — холодно произнесла девушка, — какими судьбами?
— Дафна, — в тон ей отозвалась наша ледяная волшебница, — я здесь по делам Корпуса. Позволь представить тебе мою команду. Это Нэйт, командир, Хирд, Катара и Лара. Ларе нужна помощь, я надеялась, родители смогут помочь.
Мы все скованно улыбнулись, замерев в неудобных позах. Девушка оглядела нашу разношёрстную компанию и внезапно тоже улыбнулась.
— Рада познакомиться, — произнесла она, — я Дафна, старшая сестра Тины. И я вас заморожу, если вы проболтаетесь нашим родителям о том, что видели меня.
Мы дружно сглотнули. Никому не хотелось проверять, исполнит ли девушка свою угрозу, произнесённую с улыбкой и застывшим в глазах арктическим холодом.