Но даже спокойная тишина библиотеки таила свои загадки. Прогуливаясь однажды вдоль полок и бездумно скользя по ним взглядом, я машинально отметила пустое место. Все остальные полки в этом проходе были забиты, редкие посетители предпочитали совсем другую литературу. Я не стала зацикливаться на этой странности, но полку запомнила и несколько дней спустя снова наведалась в тот же проход. Место оставалось пустым, его заполняла лишь пыль, яснее всего остального говорившая о том, что книгу отсюда, если она и была, забрали очень давно и с тех пор не вернули. Я поделилась размышлениями с Элеонорой, но ундина лишь покачала головой, выслушав мои рассуждения.
— Книга пропала оттуда очень давно, если была вообще. Я не помню наизусть все книги в этой библиотеке, к сожалению.
— Формуляр, — припомнила я самый простой способ выяснить, у кого книга на руках и как давно.
— Формуляр пропал вместе с книгой, а это значит…
— Что её не брали официально. Кошмар какой, кому понадобилось воровать книгу? А по каталогу её можно попробовать найти?
Ответом мне послужил полный непонимания взгляд библиотекаря.
— Там, откуда я родом, в каждой библиотеке есть каталог, по которому можно узнать не только, какие книги в наличии, но и какие были раньше. Что-то вписывается, что-то вычёркивается, но все старые каталоги хранятся в архиве. Потерять что-то с концами при такой систематизации почти невозможно. Здесь разве не так?
— Боюсь, что нет, дитя моё, — поражённо произнесла Элеонора, — я никогда даже не слышала о таком. Но звучит здраво, можно попробовать составить такой самостоятельно. Хоть будет, чем заняться на досуге.
Я улыбнулась — для меня было в радость помочь хоть кому-нибудь хоть в чём-нибудь. На следующей неделе Элеонора приступила к составлению каталога, а я снова с головой погрузилась в чтение. Тайна пропавшей книги так и осталась неразгаданной, но осела в уголке моей памяти как очередное доказательство того, что и в магическом мире происходят необъяснимые вещи.
Конечно, моё интеллектуальное хобби не осталось без последствий — кроме обширного пласта знаний на абсолютно разные темы, я обзавелась и вполне ожидаемым прозвищем — «ботан». Его мне дал какой-то громила, на которого я налетела, зачитавшись на ходу. Я не успела ни извиниться, ни даже обидеться: Нэйт бросил на него один из самых опасных своих взглядов, а Хирд демонстративно размял кулаки, и громилу как ветром сдуло. Больше ко мне не лезли, пусть и продолжали презрительно смотреть и демонстративно игнорировать.
Иногда я навещала родителей, но то, что я имела права рассказать, не удовлетворяло их вполне объяснимое стремление знать о моей жизни, и я почти постоянно испытывала неловкость в их обществе.
— Если хочешь, мы можем удалить тебя из их воспоминаний, — осторожно предложил Нэйт, когда после очередного моего визита домой я вернулась в Корпус в растрёпанных чувствах и лежала на кровати лицом в подушку, а он сидел рядом и не знал, что в таких случаях следует говорить.
— Не предлагай такого больше, ладно? — возмущённо попросила я, — Представь, что кто-то стёр тебя из воспоминаний твоих родителей!
— Хорошо, — согласился он, а потом отвёл взгляд и уставился в окно.
Я села в кровати, обняв подушку.
— Мой отец живёт по ту сторону Врат, — тяжело уронил полудемон, — а моя мать умерла почти сразу после моего рождения. Она была смертной женщиной и физически не могла выжить после того, как девять месяцев носила под сердцем ребёнка, тянувшего из неё все силы. Думаю, отец будет только рад забыть о моём существовании.
— Почему? — осторожно спросила я.
— Он любил её, — не сомневаясь ни секунды, ответил Нэйт, — а я, по сути, являюсь убийцей его любимой женщины.
— Он сам сказал тебе об этом? — приподняла я одну бровь, — Может, всё не так плохо, как ты думаешь. Посмотри на это с другой стороны: ты — последнее напоминание о ней, её воплощение, если хочешь. В тебе течёт её кровь, и одно это уже должно вызвать в нём привязанность к тебе. Ты — его семья.
Нэйт невесело усмехнулся и откинулся на стуле назад, переплетая хвост. Насколько я успела изучить своего киаму, сейчас он испытывал неловкость, но я не собиралась останавливаться. Я не обладаю магическими способностями, но у меня за плечами опыт нескольких психологов, чьи книги я запоем читала в подростковом возрасте. Похоже, что сейчас настало время применить полученные знания на практике.
— Поговори с ним, — протянула я умоляюще, — может статься, он тоже думает, что ты ненавидишь его.