— Что это? Кто это? Кто посмел встать на моем пути? — в гневе пробулькала Какасат.
Она начала разворачивать кольца своего тела, повернувшись той стороной лица, где красовался ее огромный, зеленый и единственный глаз. Владычица уставилась на меня. На месте второго глаза был широкий, ужасного вида шрам, благодаря которому лицо казалось вогнутым.
Я сразу же забыл о наших планах притвориться ее сторонниками и обо всех шпионских делах. Но я не собирался пугаться этого безумного одноглазого монстра! При всех наших злоключениях мы еще ни разу не попадали в такую безнадежную кошмарную ситуацию. Хуже не бывает! Или все-таки бывает?
— Это я встал на твоем пути! То есть я хотел сказать мы. МЫ! Это мы встали на твоем пакостном пути. Правда, Чокнутая? — заорал я и встал на ноги.
— Больно же! Перестань лягаться. Я уже встаю.
— Что скажешь? — спросил я.
— Да, правильно. Мы посмели встать на твоем пути! — прохныкала Чокнутая, отпрыгивая от меня на полшага вперед, на случай, если я снова попытаюсь лягнуть ее.
— Итак, дети. Маленькие дети! Если не ошибаюсь, смертные к тому же. Вы слишком далеко ушли от своего дома, — раскудахталась Какасат, повернув голову в мою сторону. — Меня предупреждали, что охота на Линта не получится тайной и внезапной. Но неужели ты, дитя, в самом деле собираешься противостоять мне? Что вы на это скажете, мои морские лорды? Лорд Локк? Лорд Страйкен?
Внизу, на воде, морские лордессы просто покатывались со смеху и, натянув поводья, пытались удержать на месте своих полурыб-полуконей.
— Может быть, они не знают, кто вы, моя госпожа? — отозвалась лордесса Локк.
— Нет, мы знаем. Еще как знаем!
— И вам не страшно? Вы не перепуганы до смерти?
— Нисколечко! Ведь так, Чокнутая?
— Так, — попыталась пискнуть Вэнди, но ответ застрял у нее в горле.
— Ты не Владычица девяносто семь гор, а всего лишь глупая морская червячка!
— Мое сердце разбивается, когда я слышу такие слова, — беззастенчиво лгала Какасат. — Несмышленых маленьких детей так легко обмануть, что они готовы играть даже в такие глупые опасные игры.
— Может быть, детишки не совсем хорошо чувствуют себя после всего, что приключилось с ними? Посмотрите, на кого они похожи, — с издевкой прокричала лордесса Страйкен.
— С нами все в порядке! — заорал я.
Морская червячка неожиданно оказалась ближе, хотя я и не заметил, чтобы она двигалась.
— Чокнутая, возьмись за свой волшебный камень и приготовься, — прошептал я. — Как только я скажу «начали»…
Но я не успел этого сказать.
— Вуууууу! Вуууууу! — закричала Алси во весь голос.
Она выпрыгнула из своего укрытия и плыла по воздуху, завывая, причитая и размахивая руками. Ведьма изо всех сил старалась напугать их. Но, увы, у нее ничего не получалось. Было совсем не страшно.
— Прекрати свою загробную самодеятельность! — с усмешкой сказала Какасат.
Она быстро и легко заскользила, приближаясь к нам. Владычица обязательно сделала бы с нами что-то нехорошее, если бы Скел, впервые за все это время, не покинул свою «платформу» и первым не врезал бы нам от души.
Мы с Чокнутой полетели со стены вниз головой. Алси полетела за нами, завывая, что было мочи.
— Проклятый! Не… — начал было кричать я, но вовремя остановился. Плотно закрыв глаза, вместо того чтобы сжать зубы, я сгруппировался и приготовился к приводнению.
Нам еще повезло. Если вообще уместно говорить о каком-то везении, когда падаешь вниз головой в огромный, мокрый, обжигающе-холодный океан. А везение наше заключалось в том, что я и Чокнутая умели плавать. Поэтому мы были совершенно уверены, что сумеем доплыть обратно до скал под стенами гавани.
— Теперь я точно заболею и умру от какой-нибудь опасной болезни. Вот увидишь! — причитала несчастная Чокнутая.
— Не беспокойся! Скелу это просто так не пройдет! — пообещал я.
— Билли, думаю стоит посмотреть, что происходит у тебя за спиной, — предупредила Алси.
С этими словами она продрейфовала к ближайшей скале и попыталась укрыться за ней. Я обернулся. Казалось, что стремительный бриз рассек поверхность океана крест-накрест. Если не считать того, что никакого бриза не было. Вода двигалась сама, как человек, она поворачивалась, потягивалась и напрягала мускулы. Волнение на ее поверхности усилилось. Вода вспенилась, и пошли волны, хлесткие волны. Океан начал собираться в обратный путь!