Демоны нападали на Брана по четверо, пятеро одновременно, он разбрасывал их, раскачиваясь взад-вперед, отрывая врагам головы и растаптывая их тела, как буйствующий малыш в поле одуванчиков. Пока Бран гонялся за ними, ломая спины и круша черепа, верхняя часть его тела начала светиться красным, как затухающий уголек.
Что он делает? Разве он не должен оставаться в этой форме, пока не доберется до Морфрана? Я повернулась и увидела последнего, практически рядом со мной. В запале сражения я не заметила, как добралась до него.
Руки Морфрана двигались, губы что-то шептали. Глаза отслеживали Брана. Враг готовил заклинание.
Нет, не смей.
Я, крича, бросилась на гору.
Атака вышла внезапной и жестокой. Морфран замахнулся на меня сверху, передвигаясь легко и со сверхъестественной быстротой. Я отпрыгнула в сторону и обрушила на него шквал ударов, двигаясь вокруг противника все быстрее и быстрее, и сверкая клинками. Сосредоточься на мне, сукин ты сын!
Мимо просвистел топор, один раз, затем второй. Я двигалась слишком быстро, чтобы меня можно было поймать, и слишком точно, чтобы игнорировать. Я следила за глазами врага, за его ногами, наносила удары в лицо, чтобы он не отвлекался. Морфран отбил удар коротким клиноком и двинулся в мою сторону. Я видела, как топор прочертил большую сияющую дугу, яркую, как звезда, отражая солнечный свет по краю лезвия. Противник ожидал, что я отпрыгну назад, но я бросилась вперед, вдоль рукоятки топора, и ударила в горло.
Это был по-кошачьи быстрый удар, но каким-то образом я промахнулась. Острие Убийцы лишь нарисовало красную полосу на шее Морфрана, а затем его ботинок врезался мне в живот. Мир подернулся мутной пеленой боли. Я рухнула в грязь. Через секунду противник стоял рядом. Топор вонзился в землю между моих ног.
Я откатилась и рванулась из полулежащего положения, глубоко всадив оба меча врагу в грудь. Моя сталь не встретила сопротивления. Морфран обернулся облаком перьев. Я рубила по ним, издавая неразборчивое рычание, словно собака, а те лишь просочились между моими ногами, устремившись в просвет, образованный фоморианами. Я погналась за перьями, но они оказались слишком быстрыми.
Через мгновение Морфран восстановил свою форму. В его руках сверкал топор. Я приготовилась к атаке и увидела, как за противником восстает Бран. Его голова светилась белым, а на туловище было около дюжины кровоточащих ран — огромных разрезов на изуродованном теле. Жар, исходящий от нег, высушил капли крови, превратив в коричневые полосы на коже.
— Моя о-о-о-о-очередь! — Бранообразное существо хлестнуло рукой и нанесло косой удар по Морфрану. Тот отскочил на противоположную сторону кучи мусора. Бран последовал за ним, в невменяемой ярости размахивая руками и ногами, потрясая огромным копьем, которое, должно быть, отобрал у одного из демонов.
Топор Великого Ворона, с жутким свистом рассекая воздух, разбил древко копья соперника пополам и погрузился в его плечо. Брызнула кровь. Бран крутанулся неестественно быстро, выдернул топор из рук врага и сломал деревянную рукоятку.
Тело Морфрана распалось бурей перьев, которые взмыли вверх перевернутым торнадо и застыли громадным черным вороном. Нас захлестнуло холодной магией, безжизненной, будто выплеснутой из недр самого космоса через дыру в атмосфере в виде огромного ворона. Мороз обжег мою кожу.
Морфран когтем схватил огромный бронзовый котел.
Бран собрал пригоршню металлического мусора и метнул его. Зазубренные металлические обломки вонзились в птицу, протыкая её шею и спину. Каплями размером с кулак темная кровь потекла из черных перьев. От плоти Морфрана отделились шары и повисли в воздухе, дрожа в свете умирающего солнца.
Бран метнул содержимое другой руки. Единственный предмет сверкнул и вошел глубоко в спину ворона — наконечник топора Морфрана.
Он закричал.
Словно капля расплавленного металла, из когтей ворона выпал котел. Отчаянный крик чистой ярости врезался в мое сознание.
У подножия котла дыхнула земля, распахнув голодный рот, изрыгая еще больше Фомориан на свет Божий. Они окружили Брана.
Я бросилась на демонов. Рядом со мной оборотни рвали их на части, но нас было слишком мало, а их — слишком много. Я больше не могла разглядеть Брана, его он был погребен под горой Фомориан.
И тут гора демонов распалась. Окровавленный и побитый, Пес Морриган поднял из грязи крышку, украшенную орнаментом. Она выглядела такой маленькой в его гигантской руке, не больше чем фрисби. Меня словно придавило огромным прессом. Грудь сжалась. Кости ныли. Вокруг оборотни и фомориане падали, крича от боли.
Бран напрягся. Кровь хлынула из его ран, и он с ужасным воплем водрузил крышку на котел.
Давление исчезло. Бран улыбнулся, стянул крышку и исчез в облаке тумана вместе со своей добычей. И я поняла: вот и все. Он вернул крышку Морриган и был таков. А у нас оставалось еще целое поле демонов, которое надо было зачистить.
— Кейт!
Крик заставил меня обернуться. В тридцати ярдах Дерек указывал окровавленным пальцем мне за спину. Я обернулась и всего лишь в нескольких ярдах увидела знакомую маленькую фигурку на кресте, воткнутом в землю. Джули.
Я карабкалась по телам, чтобы добраться до нее. На меня опустилась тень. Я подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как огромный клюв цвета отполированного металла собирается ударить. Морфран все еще был в облике ворона. Я оказалась зажата фоморианами, мне было некуда бежать. Я упала на колени, готовясь вонзить Убийцу в живот Морфрана. Ворон заслонил солнце и замер, огромные когтистые руки схватили его за крылья.
С ревом, который сотряс всех Фомориан, Карран бросился рвать Морфрана.
— Вперед! — кричал он. — Вперед!
Я двинулась вперед, карабкаясь по телам, разрубая, кроша, кромсая, сконцентрировавшись на Джули. Слева группка фомориан, отцепившись от вампира, чьи конечности они оторвали, бросилась на меня.
— Убейте дитя! — шипение Пастыря прорвалось сквозь шум битвы. Фомориане сменили курс.
Двадцать ярдов отделяло её от меня. Я бы не успела.
Бран материализовался рядом с Джули в облаке тумана, находясь в человеческой форме, и обхватил крест вместе с девочкой. Туман заклубился, и они все исчезли. Фомориане взвыли от ярости.
Пес Морриган выскочил передо мной с пустыми руками, хитро улыбаясь…
Вихрь зеленых щупалец разорвал его грудь. Меня окатила кровь Брана. Его глаза широко распахнулись. Рот раскрылся.
— Бран!
Он покачнулся вперед и завалился на меня, изо рта хлынула кровь. Позади него триумфально шипел Пастырь. Я перепрыгнула через Брана и ударила мечом ублюдка по лицу. Его рыбьи глаза посмотрели на меня с ненавистью, а затем верхняя часть головы соскользнула в сторону и покатилась в грязь. Тело покачнулось. Я рубила врага снова и снова, и морской демон рассыпался кусками, чтобы больше никогда не подняться вновь.
Неземной рев раздался над полем. Карран поднялся над кровавой резней с огромной вороньей головой Морфрана в руке. Весь в крови, он поднял голову к небу и закричал:
— Убейте их! Убейте их всех! Они смертны!
Оборотни накинулись на Фомориан. Я обернулась и упала на колени рядом с Браном.
Нет. Нет, нет, нет.
Я перевернула его. Он смотрел на меня своими черными глазами.
— Я спас ребенка. Я спас ее. Для тебя
— Призови туман! Призови его, черт тебя подери!
— Слишком поздно, — прошептал Бран окровленными губами. — Не смогу исцелить сердце. Прощай, голубка.
— Не умирай!
Он просто посмотрел на меня и улыбнулся. Я почувствовала, как внутри натянулась тонкая нить боли, натянулась до предела, готовая вот-вот разорваться. Было больно. Больно настолько, что я не могла сделать вдох.
Бран напряженно втянул воздух. Его тело стало жестким, и я чувствовала, как уходит жизнь.
Нет!
Я ухватилась за последнее трепыхание жизни. Со всей своей магией, со всей своей силой, со всем этим я держалась за крохотный кусочек Брана и не позволяла ему уйти.