— Ни одна?
— Неа.
Дело дрянь. Не мог целый ковен взять и бесследно исчезнуть.
— Я собираюсь разрушить это заклинание. Если оттуда выпрыгнет какая-нибудь гадость — беги. Не смотри на него и, тем более, не пытайся заговорить. Просто беги. Ты поняла меня?
— Конечно.
Тон Джули предельно четко отражал её мысли: «Надо быть сумасшедшей, чтобы прислушиваться к словам идиотки, у которой нет даже пистолета».
Я присела на колени и сосредоточилась. Клинок задрожал от напряжения. Все это выглядело так, словно я собиралась запустить бейсбольный мяч в стену из плотной резины. Если бы я передала еще больше своей силы, то истощила бы себя окончательно и вряд ли смогла бы противостоять магической атаке.
Испарина выступила на лбу. К черту все!
Одним мощным толчком я провела всю свою силу через клинок. Невидимый барьер пал. Стальное лезвие с громким лязгом ударило по белому камню, сдвинув тот на целый дюйм.
Дрожь пробежала по камням, после чего они реалистично замерцали. Я вскочила на ноги. Из разрушенного круга, струясь по воздуху, исходил яркий свет. Это серебристое сияние указывало на то, что сокрытые в плену силы вырвались наружу. Неожиданно весь рассеянный свет устремился к земле. Заклинание было разорвано. Ответный удар не заставил себя ждать: здание содрогнулось, а мне показалась, что я попала в какую-то бешеную водяную воронку. Зубы стучали, колени дрожали. Я ухватилась покрепче за рукоять меча, но дрожащие пальцы слушались плохо. Джули закричала.
Ошеломляющая сила…
Вязкие капли потекли по металлу, быстро испаряясь и превращаясь в огромные клубы пара. Я чувствовала, как зловонное липкое вещество окутывало здание — магия неумерших. Такой смеси было бы достаточно для новичка, чтобы его стошнило.
Я повернулась к кругу. Черная зияющая воронка возникла на месте камней. Я склонилась над краем бездны, морщась от вони гниющей плоти, исходящей от влажной земли.
Глубокая.
Настолько глубокая, что я не видела дна.
Стены её были гладкими и ровными, а воронка очерчена по краям. Я подняла один из камней и провела большим пальцем по его поверхности. Круглый, бледный, словно галька.
Ни отметин, ни символов, никаких признаков заклинания. Сестры, должно быть, впустили что-то в этот мир. Что-то очень темное и злое, сразу поглотившее их.
Джули втянула в себя воздух. Облако темного света поднялось из расщелины. Со слабым жужжанием муха приземлилась на ближайшее пятно. Кровь. Земля насквозь пропиталась ею. Когда я смотрела на кровавый круг, то заметила три небольших следа, отпечатавшихся в лужах с грязью. Мысленно соединив их, я увидела равносторонний треугольник, внутри которого и располагалась впадина. Они явно собирались призвать кого-то. Но сами-то куда делись?
Груда ящиков позади отверстия, задрожала, словно собиралась рухнуть и утащить Джули вслед за собой. Однако вместе с этой магической встряской появилась и опора: четыре арбалетные стрелы, торчащие из неопознанного скелета, пригвоздили ящики к земле.
— Страшновато, — присвистнула девочка.
Действительно. С одной стороны, у скелета было слишком много ребер, но только пять из них присутствовали в грудной части, с другой, ни намека на мышечную ткань, лишь пожелтевшие кости. Если бы я не знала лучше, то сказала бы, что он так пролежал год или два на открытом воздухе. Я наклонилась ближе, чтобы изучить руки. Мелкие углубления в кости. Я не была экспертом, сведущим в подобных делах, но догадывалась, что эта часть была локтевым суставом. Я бы, наверное, вывихнула его бедра одним ударом.
— Твоя мама что-нибудь упоминала об этом?
— Нет.
Стрелы, пронзившие скелет, были красными и с черными перьями на концах. Одна проткнула череп через левую глазницу, еще две прошли между ребер в области сердца, последняя — между ног. Работал профессионал. Впрочем, человекоподобным всегда простреливают яички, чтобы они не смогли уйти.
Я вытащила ящик из кучи и, поставив перед скелетом, встала на него, чтобы лучше рассмотреть находку. Шейных позвонков меньше, чем у человека. Более того, человеческая шея более гибкая, а эта хрупкая. Ни клыков, ни резцов. Вместо этого я увидела три ряда зубов: длинных, собачьих, острых. Их явно использовали для удержания сопротивляющейся жертвы.
Ящик треснул подо мной с громким хлопком. Я рухнула с грацией мешка картошки, зацепив по пути скелет. Мои пальцы прошли кость насквозь и налетели на стрелу. Я приземлилась на задницу, окруженная грудой осколков, со стрелой в руке и светлым порошком на пальцах.
Дыра зияла в левой части скелета, между третьим и четвертым ребром. Она продержалась недолго, затем начала увеличиваться — кости рассыпались. Вскоре скелет представлял собой простую кучку пыли, которая, поднявшись в воздух еще на мгновение обрела форму, точно насмехаясь надо мной, а затем растворилась.
— Дерьмо!
Это была моя зацепка. Спокойно, Кейт, просто успокойся.
— Так должно было произойти?
— Нет, — зарычала я.
За моей спиной послышались восторженные аплодисменты. Я резво подскочила и развернулась. Прислонившись спиной к стене, напротив меня стоял мужчина. На нем была кожаная куртка, напоминающая кожаные доспехи. Из-за левого плеча виднелся арбалет.
Ну, здравствуй, господин Лучник.
— Хорошие манеры. Феерическое приземление.
— Джули, — твердо сказала я, — оставайся на месте.
— О, нет нужды беспокоиться. Я бы не причинил вреда маленькой девочке. Это не в моих правилах. Ну может только, если я буду очень голодным. Хотя, она такая тощая, что мне бы пришлось бы выковыривать ее кости из своих зубов весь день. Оно того не стоит.
Я не могла понять, шутил ли он.
— Чего тебе?
— Пришел, чтобы посмотреть, кто тревожит мои стрелы. И что я вижу? Мышку, — он подмигнул Джули, — и женщину.
Он произнес «женщина» так, словно подразумевал: «мммм, десерт…». Так обычно говорит человек после пробуждения, когда, чувствуя болезненный голод, находит плитку шоколада в пустом холодильнике. Я отвела меч немного в сторону, поскольку зияющая дыра находилась по правую сторону. Если он меня туда закинет, то я потрачу уйму времени прежде, чем смогу выбраться оттуда.
Мужчина приближался. Он был высоким, как минимум шесть футов и три-четыре дюйма. Широкоплечий, с длинными ногами, обтянутыми в черные штаны. Его темные спутанные волосы ниспадали до плеч. Они выглядели так, словно он самостоятельно подрезал их ножом, а затем стянул кожаным ремешком, создав подобие порядка. Я посмотрела ему в лицо. Красивый, ублюдок. Симметрично очерченные скулы, полные губы. Глаза, словно черный огонь. Такие обычно сбрасывают женщину с небес на землю ранним утром после жаркой ночки.
Он оскалился:
— Нравлюсь, голубка?!
— Неа. Просто у меня не было секса уже восемнадцать месяцев. Так что, извини. Мои гормоны на пределе.
Если его побрить и расчесать, то, боюсь, ему придется отмахиваться от женщин собственным арбалетом. Он выглядел так, словно бродил в самых жутких местах, где все разбегались лишь, услышав его шаги. Любая женщина, у которой была хоть капля здравого рассудка, схватилась бы за нож, увидев его.
— Не переживай. Я не причиню тебе вреда, — пообещал он, обходя меня по кругу.
— Я не беспокоюсь, — я тоже начала кружить.
— А стоило бы.
— Сначала ты говоришь «должна», затем «не должна». Определись уже.
Капли воды стекали по его куртке. Судя по просветам в щелях крыши, небо было ясным. Ни намека на сырость в воздухе. Скорее всего, разведка Дерека оказалась права. Возможно, он телепортировался. И как мне удержать его так, чтобы он не исчез?
Мужчина развел руки в стороны. Мне не понравился этот жест точно так же, как и свечение на его ногах.
— Что за прелестный шнурок от кроссовок на твоей головке?
— Этот? — он подцепил кончик верёвки пальцем.
— Да. Рембо звонил и просил вернуть ему бандану.
— Этот Рембо, он твой друг?
— Какой такой Рембо? — влезла Джули.
Имело ли смысл им что-то объяснять, если они не знали эталона настоящего мужчины? Я так и не успела посмотреть фильм полностью — магия всегда мешала мне, а вот книгу прочла. Возможно, если свершится чудо, и технологии вернут свое господство в течение нескольких последующих недель, то я с радостью возьму мини диск и посмотрю эту треклятую картину от начала до конца.