— Видишь вон драхи и дроуд, — указал ящер.
— А это кто с ними? — спросила я, указав высокую фигуру в черном плаще.
— А это и есть те, кто отдает им приказы, — объяснил Триктар. — Ты их отвлечешь, а я и твои друзья за ониктерией сможем сделать все что нужно.
— Отвлечь! — зло буркнула я. — Легко сказать!
— Я тебе помогу, — усмехнулся ящер, показав заостренные зубы.
Мы с ним перебежками вернулись к калитке, и пошли, обратно к цветку громко разговаривая. Не прошло и пяти минут, как нас схватил драхи и дроуд.
— Какая встреча, — улыбнулся мне барон.
Нам сковали руки каким-то морозным заклинанием, и повели дальше.
Барон подвел меня к таинственной фигуре в плаще. Сильный толчок в плечо заставил меня упасть на колени. Ящера привязали к толстому стволу какого-то дерева. Больше ни меня, ни его не трогали.
«Они к чему-то готовятся!», — догадалась я.
Луна неспешно подбиралась в середине небосвода. Таинственная фигура в черном плаще не подвижно замерла около все еще не распустившегося цветка. Дроуд время от времени посматривал на ящера. Я же спиной чувствовала ледяной взгляд драхи.
Луна засверкала на середине небес. Серебристо-голубые лунные лучи осветили цветок. Прав Моран в полнолуние невзрачный цветок преображается. На самом кончике коричневого бутона зажглась яркая белая искорка. Миг, и она горит красным светом. Зеленным, желтым, синим, красным, белым. С каждой секундой мерцание искорки становилось все быстрее и быстрее. Искорка поднялась в воздух и распалась светящимися пылинками. И цветок расцвел. Белый похожий на лотос. Он отражал лунный свет. Это магия света в чистом виде. Вот почему лепестки ночной плакальщицы так ценны и поэтому эти странные личности хотят ее уничтожить. Именно поэтому этого нельзя допустить.
Странный субъект в плаще подошел к цветку даже не подошел, а подплыл по воздуху. Простер руки в кожаных перчатках над цветком. Слева от меня кто-то невнятно замычал. Я скосила глаза. Моран. Рубашка порвана, весь исцарапанный. Рвется вперед, но его сдерживает светящийся желтый ошейник, прикованный к толстому стволу дерева такой, же светящейся цепью.
— Зайгор омана льенктарра…, - произнес некто в плаще.
Мою руку с печатью, будто в кипяток опустили.
— А-а-а! — от боли закричала я.
Таинственный некто в плаще прервался, посмотрел на меня. Как только он замолчал, кольцо перестало жечь.
— Онеарти ктиоран шианхи, — продолжил неизвестный.
Опять жжение.
Справа сверкнуло и противно завоняло паленой шерстью. Субъект в плаще так и не прервал заклинание, только драхи метнулся вперед, меня же обдуло воздухом. Еще вспышка теперь слева. И Моран с самыми грязными ругательствами кидается на неизвестного в плаще.
— Диана! — ночной ветерок принес вздох Юнтела.
Кое-как встав на ноги, я повернулась в сторону анистерии. Ко мне не твердой походкой шла Дария! Но как? Она же при смерти!
Я тут же оказалась около нее:
— Ваше Высочество, вам нельзя, — чего нельзя, я так и не придумала, не говорить же ей, мол, ляг и умри, не путаясь у всех под ногами.
— Мне надо, — хрипло произнесла принцесса. — Нужно к цветку.
Я подвела Дарию к цветку. Дерево, к которому был прикован ящер, стало большим факелом освещавшим все вокруг. Триктар и Моран наседали на драхи, тот огрызался довольно мощными заклинаниями.
Сияние цветка немного уменьшилось. Принцесса решительно освободила свою руку. Из складок бело-золотой сорочки был извлечен длинный и тонкий красный и прозрачный — кинжал.
— Нет! Дария! — к принцессе бросился ее дядя — Ониэнор.
Я попыталась забрать опасную игрушку из рук принцессы, но она с невероятной силой отшвырнула меня. Да еще и полоснула меня по запястью и края раны стали тлеть.
— Ай-ай-ай, — я тушила саму себя.
— Я должна! — твердо произнесла принцесса, ни к кому не обращаясь.
Одним быстрым движением Дария всадила кинжал себе в сердце. Кроулянская принцесса медленно оседала на светящийся цветок. Но едва красные капли крови коснулись белоснежных лепестков, как ночная плакальщица, вспыхнула с новой силой. Яркий белый свет поглотил принцессу и от цветка к луне ударил столб белого света. Секунда и белый свет стал красным, передав этот же цвет луне.
— Дария, — Ониэнор опустился на колени около столба красного цвета.
Луна вновь стало серебристой, и уже с нее в цветок ударил столб света. Серебристый свет быстро пропал и появился огромный огненный бутон. На этот же огненный бутон отвлеклись Моран и ящер, что позволило барону сбежать.