Выбрать главу

— Ваше величество?! — удивился Триктар.

— Что…

Императрица на мое замешательство только рассмеялась:

— О Диана! Если тебе так неудобно разговаривать с императрицей может так тебе будет удобно? — волосы еще больше почернели, чернота залила карие глаза, а кожа мгновение ока стало белой как мрамор трона.

— Вы? Вы? Эрнеста Менгар? — только и спросила я.

— Да, — кинула она. — Тебе ящер не к чему слышать наш разговор, — сказала она Триктару. И ящер замер истуканом покрытый тонким слоем льда.

— Что вы с ним сделали?! — вскричала я.

— Не волнуйся, — мягко улыбнулась. — Но, то, что я скажу только для тебя одной и больше, ни для кого. Пойдем, — императрица поднялась.

Трон из белого мрамора тут же исчез. Я и императрица пошли куда-то вперед подальше от замершего Триктара и корабля.

— А как же…, — обернулась я.

— С ним ничего не случиться, — заверила меня Эрнеста. — Скажи, за все время тебе так и не было любопытно? Кто такая Лирфин? Кто такая я? Империя?

— Еще как! — призналась я. — Но во всех библиотеках не было и строчки об империи Нарад.

— Это естественно, — проговорила Эрнеста. На самом деле меня зовут Солдриана Холоэн императрица империи Нарад!

— Вы? — ахнула я. — Это значит что вам…

— Не будем об этом, — императрица остановила меня взмахом руки. — Вилиары уничтожили все упоминания о моей империи. И чтобы хоть что-то сохранилось, я вышла замуж за Максимилиана Олдалши. И до недавнего времени я думала, что Стражи потеряны навсегда. Что я только не делала, чтобы возродить некогда великий род, но все без толку! Но появилась ты настоящий подарок вселенной. Ну, вот мы и подошли к твоему предназначению, — императрица вздохнула. — Когда моя империя Нарад еще была молодой, мы знали, о двух враждующих расах чье существование наполняет жизнью вселенную. Это носители темного дыхания — вилиары. И лиарны — носители светлого дыхания. Обе эти расы очень важны для вселенной.

— Постойте! — я перебила императрицу. — Если вилиары носители темного дыхания, то, что тогда обелиски?

— Вилиары выдыхают темное дыхание так же как вы люди углекислый газ. Обелиски же преобразуют его и распространяют по вселенной, — объяснила мне Эрнеста.

— Ничего себе, — выдохнула я.

— Вилиары в отличие от лиарнов стремятся к разрушениям. Именно поэтому лиарны когда-то поделились с нами своей силой так и появились Стражи. Они способны почувствовать вилиара в любой точке вселенной и нейтрализовать его силу.

— Ты должна найти убежище вилиаров и усыпить их, — огорошила меня Эрнеста.

— Я?! Это должна сделать я?! — ужаснулась я.

— Обязана! — с нажимом произнесла Эрнеста.

— Ясно, — вздохнула я. — Но как я смогу найти вилиаров?

— Кровь Стража поможет тебе, — туманно ответила Эрнеста.

А мне стало ясно, что она не знает, где скрываются эти самые вилиары. И хочет, чтобы именно я нашла их. Отсюда напрашиваются вопросы: Зачем? И почему?

— А не могут лиарны сказать, где скрываются вилиары? Заодно и усыпят их, — нашла выход я.

— Нет, — покачала головой Эрнеста. — Вмешательство лиарнов привело к тому, что была уничтожена моя империя! Нет, их ни как нельзя привлекать!

— Но я не знаю даже где искать этих вилиаров! — воскликнула я.

— Вот с этим я могу тебе помочь, — заверила Эрнеста. — Вот здесь, — императрица повернула руку ладонью вверх, и над ее ладонью появилось черное пятнышко космического пространства. — Здесь какое-то подозрительное возмущение. Разведкорабли вернулись ни с чем, мое же сканирование так же результатов не дало.

— Но если там ничего нет, мы попросту потеряем время! — запротестовала я. — Я должна найти кристалл с душой Юнтела! И эту девушку ящериц.

— Найдешь вилиаров, найдешь и то, что тебе нужно, — стояла на своем Эрнеста. — Скажи ящеру, что вам нужно в систему Алуора.

— Угу, — вздохнула я. — Скажу.

— Ну, все больше я тебя не задерживаю, — с довольными нотками в голосе проговорила императрица.

Мы вернулись к кораблю и замершему Триктару в полном молчании.

Взмах руки унизанной кольцами и ящер задышал. Посмотрел на сторонам, увидел меня, вздохнул с облегчением. Недовольство императрицей выразилось тем, что вертикальные зрачки расширились, но сам ящер так ничего и не сказал.