Чудовище свисало с потолка головой вниз, цепляясь за камень крепкими как сталь когтями, слюна капала из его раскрытой пасти. Оно пронзительно закричало и бросилось на меня, но я успела побежать раньше.
Теперь я двигалась быстрее, подгоняемая криками других тварей, которые присоединялись к погоне, но видела снова так же плохо. Я не различала дороги перед собой и скоро снова заблудилась, а потом и вовсе уперлась в тупик. Судорожно шаря по стене руками в поисках какой-нибудь неприметной двери, я слышала тяжелое дыхание за спиной, скрежет когтей по камням, утробное рычание. Твари были уже здесь, я знала это, но не оборачивалась, чтобы не смотреть. Я знала, что вот-вот они нападут и сожрут меня живьем. Должно быть, они медлили только потому, что в собственном сне, как говорят, невозможно умереть. Только в тот момент я не знала, что сплю, а потому беззвучно плакала, понимая, что мне настал конец.
Вдруг мои руки нащупали дверную ручку. Я повернула ее и потянула на себя, а потом спряталась за дверью от своих преследователей. Новый пронзительный вскрик прозвучал как ругательство.
Я почувствовала себя в безопасности. Дверь не запиралась, но я как будто знала, что монстр ни за что не сможет ее открыть.
Я обернулась, желая рассмотреть, где оказалась. Мое зрение прояснилось, а мгновенно вспыхнувшие десятки свечей осветили просторную комнату. Здесь стояла большая кровать с балдахином, сейчас полностью скрытая полупрозрачным тюлем. Вдоль стены тянулись стеллажи с книгами, парой портретов и всякими мелочами. В углу притаился письменный стол, а по центру расположился низкий кофейный столик с парой кресел. Это было похоже на чью-то спальню, совмещенную с кабинетом и гостиной.
Меня раздирало любопытство: мне хотелось знать, к кому я вторглась без спроса. Возможно, изображения на портретах дали бы мне подсказку, но на письменном столе что-то источало золотистое свечение, поэтому я направилась к нему, а не к стеллажам.
На столе прямо в центре лежали три шара золотистого цвета, размером со средний апельсин. От них исходило слабое свечение и едва ощутимое тепло. Прежде чем я поняла, что это и есть те самые пропавшие Шары Аргора, я внезапно... проснулась.
От резкой смены обстановки у меня закружилась голова. Пришлось хвататься за холодную влажную каменную стену, чтобы поймать равновесие. И только пару секунд спустя до меня дошло...
Стену? Равновесие? И босые ступни ощущали холод грубого камня. Я распахнула глаза и испуганно огляделась. Вместо привычной комнаты общежития меня окружали стены незнакомого коридора, которого я никогда не видела. Здесь царила темнота, едва-едва развеваемая тусклым светом, проникавшим через витражи, тянущиеся под высоким потолком. Ни звука вокруг, только оглушающий стук моего собственного сердца и прерывистое дыхание.
«Черт побери, где я?» — билась в голове паническая мысль, пока ноги цепенели то ли от страха, то ли от холода.
Я обхватила себя за плечи, снова боязливо оглядываясь. Мне показалось, я услышала где-то скрежет крепких как сталь когтей по камню, но, когда прислушалась, звук не повторился.
Сердце продолжало стучать так, словно желало вырваться из груди. Я непроизвольно крепко зажмурилась, мечтая «проснуться еще раз». Такое со мной иногда бывало, когда после одного кошмара я просыпалась вроде как в реальности, но в ней кошмар продолжался. И потом я просыпалась снова.
Но не в этот раз. Холод вокруг был слишком реален. Пришлось открыть глаза и начать соображать, пока я не околела.
По всей видимости, во мне внезапно проснулся лунатик, и я пришла сюда во сне. Значит, уйти отсюда тоже смогу. Оставалось только порадоваться, что я сплю в пижамных штанах и футболке, а не в стрингах и майке, как Хильда. Бродить в таком виде по Орте мне определенно не хотелось бы.
Я снова оглянулась, пытаясь вспомнить, с какой стороны коридора могла прийти, но это мне не удалось. Слишком сильно я запаниковала сначала и успела несколько раз обернуться вокруг своей оси. В конце концов, я пошла наугад, решив, что любое движение лучше пассивного стояния на месте.
Не прошло и минуты, как я уперлась в тупик. Это было хорошим знаком: значит, идти определенно стоило в другую сторону. Однако вместо того, чтобы повернуться и пойти обратно, я коснулась шершавой поверхности стены.
Я определенно узнавала это место, хотя мои глаза почти ничего не видели. Это был тупик из моего сна.
Словно под гипнозом, я пошарила по стене и нащупала не менее знакомую дверную ручку. Повернула, потянула на себя — передо мной открылась дверь. Как и в моем сне, десятки свечей вспыхнули, стоило мне переступить порог.