— Как такое возможно? И почему вы скрываете это? — осторожно спросила я.
— Сейчас не время и не место об этом говорить, — он покачал головой, снова прикрывая глаза. До хорошего состояния ему было еще очень далеко. — Если мы выберемся… или когда мы выберемся, я вам расскажу. Если вы пообещаете мне сохранить эту тайну.
Что ж, может быть, он еще и был плох, но его настроение явно изменилось: он больше не хоронил себя и не прощался со мной. Мне стало интересно, помнит ли он наш разговор, который мы вели перед тем, как он отключился. Однако спрашивать я не решилась.
— Я сохраню ее, даже если вы ничего не станете мне объяснять, — пообещала я, чем вызвала его удивление.
Он снова посмотрел на меня, на этот раз так, словно видел впервые.
— Правда?
Я пожала плечами, не понимая, что именно кажется ему удивительным.
— Вы не обязаны мне ничего объяснять. Я же, напротив, обязана вам многим. Вы выдали мне свою тайну случайно, спасая мне жизнь. Сохранить ее — самое меньшее, что я могу для вас сделать.
Он так долго просто молча смотрел на меня, что я смутилась и отвела взгляд в сторону.
— Это очень взрослые слова, — в конце концов оценил он. — Такое не ожидаешь услышать от девушки вашего возраста. Спасибо.
— Но хочу добавить, — тут же спохватилась я, — что если вы захотите мне что-нибудь объяснить, я буду очень рада послушать.
Он вдруг тихо рассмеялся, но тут же поморщился от боли. После чего снова изучающе посмотрел на меня.
— Вас это не пугает? То, кто я.
— Меня сегодня пытались изнасиловать, потом сожрать. Я избита, замерзла и на моих руках чуть не умер единственный человек, который заботится обо мне в этом мире. Наверное, даже если бы вы обернулись Адольфом Гитлером, я бы не испугалась, — смело заявила я, но потом задумалась. — Хотя нет, если бы Гитлером, то могла бы и испугаться… наверное.
— Кем?
— О, а историю нашу вы знаете не так хорошо, как литературу, да? — поддразнила я.
— Каюсь, виновен, — по его губам снова скользнула улыбка.
— Но хотя вы меня и не пугаете, не могли бы вы вернуть себе более привычный вид?
Он кивнул, снова ненадолго закрыл глаза, после чего по его лицу пробежала такая же рябь и оно опять изменилось. Секунду спустя на меня снова смотрели серые глаза Яна Нормана.
— Лучше?
— Да, спасибо. Вы мне и так, и так нравитесь, просто это лицо привычнее, — попыталась объяснить я. — И не возникает вопросов с тем, как к вам обращаться.
— Всегда обращайтесь ко мне только как к Яну Норману. Теперь я — это он. Норд Сорроу сгинул во тьме веков.
— Хорошо... Ян, — я улыбнулась, заметив, как он вздрогнул. И правда не очень любит это имя. Или просто так и не привык к нему? — Вы идти сможете?
— А вы хотите куда-то пойти?
— Вы же не собираетесь на полном серьезе сидеть здесь и ждать, когда нас спасут?
— У вас есть идеи получше? — удивился он.
— Да, все-таки попытаться выбраться. Мы не можем ждать. Во-первых, я раньше замерзну насмерть. Вы не в том состоянии, чтобы согревать меня заклинанием. И не в том состоянии, чтобы ждать помощи неизвестно сколько времени, если уж на то пошло. Во-вторых, даже если нас догадаются искать тут, никто не знает о том, что это место кишит монстрами нижнего мира. Тот, кто придет нас спасать, может тоже погибнуть. Мне кажется, нечестно ждать этого.
Он снова долго с интересом разглядывал меня, то ли удивляясь, то ли просто размышляя над моими аргументами.
— А вы совсем не такая, какой мне казались. Не такая, какой были в ту ночь в лазарете.
Все-таки удивлялся. Я и сама себя удивляла. Не знаю, откуда это взялось. Подобные смелые заявления были определенно не в моем характере. Мне совершенно не хотелось открывать дверь и идти по тоннелям и гротам, где на меня в любой момент могли напасть. Норман, как бы искусно он ни владел мечом, не в состоянии драться. Да и до комнаты он добрался уже без оружия. Мой магический поток, как мне казалось, немного восстановился, его, должно быть, тоже, но это едва ли нам поможет. С низшими нельзя бороться светлой магией, это я уже поняла, а использование темной, судя по всему, не могло быть оправдано даже экстремальными обстоятельствами. Хотя...
— Если только подобная ситуация не оправдает открытие темного портала, — я вопросительно посмотрела на него.
Он тяжело вздохнул и покачал головой.
— Не оправдает. То есть... Я, конечно, получу минимальный срок, скорее всего. Три месяца. Не так много, но...