— Мы не станем бежать, — выплюнула женщина впереди. Она подняла нож. — Мы будем драться с тобой, Чёрная Чума.
Алекс взглянула на Логана.
— Почему мир полон дураков?
Он наклонился и поцеловал её с коварной медлительностью.
— Скоро в нем станет на пять дураков меньше.
Она улыбнулась ему в губы.
— Люблю, когда ты ведёшь грязные разговорчики.
Он метнул мимо неё два ножа. Когда она резко развернулась, взмахнув мечом, ножи Логана нашли свои цели. Её меч тоже не оставался без дела. Мятежники рухнули на землю. Сражения даже не было. Они должны были знать, что у них нет ни единого шанса. Один из них дёргался, как жук, перевернувшийся на спину. Алекс подошла к нему.
— Выродок, — выплюнул он, сверля её злым взглядом. Ненависть горела в его глазах.
— Да, я такая, — рассмеялась она, пронзая его в сердце. — А тебе надо было знать, что не стоит атаковать выродка.
Алекс прошла между мёртвых тел, возвращаясь к Логану. Она закинула руки ему на плечи.
— Ты изумительная женщина, — сказал он, поглаживая её щеку рукой.
— И не смей об этом забывать, — ответила она с улыбкой.
Камни у ближайшего здания загремели и покатились. Зарычав, Алекс убрала руки от Логана и повернулась к очередной группе мятежников. Одетые в тряпье и покрытые сажей, они представляли собой смесь сверхъестественных и людей — самые заклятые враги на Земле работали вместе.
— Серьёзно? Вы хотите сразиться со мной? — смех сорвался с губ Алекс. — Вы разве не видели, что я сделала с последними дураками, которые бросили мне вызов?
— Мы видели, — сказала женщина-маг, на лбу которой была повязана порванная зелёная косынка. — И мы знаем, что ты сделала с бесчисленными остальными жертвами, которых ты вот так запросто лишила жизни. Пришло время положить конец твоему правлению ужаса.
— И ты положишь ему конец? Ты? Ты разве не знаешь, кто я? — потребовала Алекс.
— Да, — сказала женщина. — Ты Драконорожденная. Монстр. И мы тебя остановим.
— Вы не можете победить, — сказала им Алекс. — Вы же это знаете, верно?
— Нет, — сказала маг. — Ты не можешь победить.
Шторм стихийной и телекинетической магии вырвался из магов, сливаясь в мощный поток заклинаний, который врезался в здание позади Алекс и Логана. Лавина бетона и камня хлынула вниз, погребая их под собой.
Алекс подпрыгнула, её вторая смерть заставила её пробудиться от кошмара.
— Твои сны все хуже, — сказал Логан.
Она поморгала, стараясь сосредоточиться. Здесь было куда темнее, чем в аду.
— Да.
Теперь она его видела. Он лежал на боку, опираясь на руку. Он явно наблюдал за ней какое-то время. Он больше ничего не сказал. Может, он не знал, что говорить. Что вообще можно сказать тому, кто явно сходит с ума?
— Это хуже кровожадных снов, которые были у меня до того, как мы с тобой замкнули связь, — сказала она ему. — Но эти сны — они не такие, как раньше. Они кажутся воспоминаниями. Но ничего из того, что я видела, не случалось. Может, это видения будущего.
— Что ты видела?
— Я видела себя, убивающую… саму себя. Затем Злая Алекс убивает кучу народа, и людей, и сверхъестественных. Она была монстром. Я была монстром.
— Эта личность — не ты.
— Но что, если я в неё превращаюсь?
— Я тебя знаю, Алекс. Сера тебя знает. И мы знаем, что ты не монстр.
Логан протянул ей руку. Вздохнув, она улеглась обратно, положив голову ему на грудь. Он обхватил её одной рукой, крепче прижимая к себе.
— Что бы там ни было, мы разберёмся с этим, — сказал он, пальцами перебирая её волосы. — Вместе.
Алекс лишь надеялась, что они сумеют сделать это до того, как её кошмар станет реальностью.
Глава 11
Украшения Мертвецов
Алекс открыла глаза. Было уже позднее утро, почти полдень. Шторы блокировали большую часть солнечного света, но она чувствовала тёплый свежий воздух, плывший в комнату через открытые окна. Логан был рядом, не отводил от неё глаз, будто она могла в любую секунду взорваться.
— Доброе утро, — сказал он.
— Как часто ты наблюдаешь за моим сном?
— Иногда. Мне нравится смотреть, как ты спишь. Ты красивая, такая безмятежно очаровательная, когда не стараешься упорно казаться крутой, — поддразнил он, кончиками пальцев касаясь её кожи и заправляя за ухо выбившуюся прядку волос.
— За исключением того, когда ударяют кошмары.