Я ему не поверила. Все Боги лгали.
— Ты собираешься вечно прятать свое лицо за спинами больших людей? — Пакстон усмехнулся.
— Ах, еще одно отродье, выросшее на ничтожной Земле, — сказал Тартар. — Посейдон тоже не смог удержать свой член в штанах. Ни один Бог на Олимпе не может. Однако принцессе Селесте удается держать на поводке своих суженых-Полубогов.
— Я не надеваю на них поводок, и они не надевают его на меня, — огрызнулась я. — Мы стоим на равных при взаимном — множественном — уважении!
— Конечно, — сказал Тартар. — Конечно. Я приношу извинения за то, что оговорился.
В его голосе не было сожаления. Затем он издал резкий свист. Мы напряглись, готовясь к битве.
— Это не был боевой клич, — вздохнул Тартар. — На земном языке это было равносильно «вольно, солдаты». Очень часто я нахожу слова излишними, поэтому прибегаю к свисту. Вам нужно адаптироваться, если мы хотим выжить в безжалостном и постоянно меняющемся мире.
— Он еще более раздражающий, чем ты, Пакстон, — сказал Аксель Полубогу Моря.
Гигантские охранники опустили свои щиты и открыли путь, показывая гигантского Бога, одетого в черную кожаную байкерскую куртку и красные кожаные штаны, с безвкусными оранжевыми ботинками.
Пара черных как смоль глаз была широко расставлена на его бледном лице, подчеркиваемом короткими светлыми волосами, стоящими дыбом. Должно быть, он использовал гель, чтобы добиться такого стиля, но каким-то образом он ошибся. Все неправильно.
Я моргнула, пытаясь осознать существо перед нами. Надзиратель был совсем не таким, как я ожидала. Он выглядел как переодетый мультяшный злодей.
— Люди часто путают меня с Аидом, поэтому я должен сделать модное заявление, чтобы отличаться от Мрачного Жнеца, — он бросил на Гектора многозначительный взгляд, и Гектор пожал плечами.
Возможно, именно поэтому Тартар носил большой молот вместо косы. Но, согласно мифу, Аид был чрезвычайно красив, несмотря на то, что везде ходил с косой. Я бы не стала развенчивать миф, учитывая, насколько великолепен был Гектор — наследник Аида.
— Ты — Тартар, — сказала я. — Но это место также называется Тартар.
Тартар взмахнул своим молотом, и мои пары метнули в него кинжалы. Пакстон и Аксель отступили на полшага передо мной, просто на случай, если надзиратель будет неосторожен со своим молотком. Все это время мои пары наблюдали за стражниками, как ястребы, их руки не отрывались от рукоятей мечей.
— Царство — это я, и я — царство, — сказал Тартар. — Тартар — изначальная сила наряду с такими сущностями, как день, ночь и время. Возможно, твоим Полубогам следует рассказать тебе об истории Титанов и обо мне как об их главном тюремщике. Разве они не были твоими наставниками в Академии Полукровок? Кстати, мне нравится имя Полукровка.
Я вкратце изучила историю Титанов, просто не видела такого второстепенного персонажа, как он, который, как оказалось, теперь играет главную роль, поскольку у него в руках ключи от тюрьмы. Плюс, за время моего недолгого пребывания в Академии в качестве невольного посвященного, я потратила много времени, отбиваясь от хулиганов и Полубогов, прежде чем подобралась к своим парам. А потом на меня было три попытки похищения, прежде чем я попала в Ад. Итак, у кого было время читать толстые учебники?
— Особенно у Полубога Гектора, — продолжил Тартар, затем фыркнул. — Упс, меня поправляют. Грозный Полубог Смерти, гордый наследник Аида, больше не полукровка. — Он снова шмыгнул носом и расширил глаза для пущего эффекта. — Ты смертный, Гектор! Что случилось? Я бы с удовольствием услышал историю из первых уст, если ты мне позволишь.
Он вел себя как полный осел. Он уже прочитал воспоминания моих возлюбленных.
— Ты ничуть не изменился, Тартар, — сказал Гектор. — Ты все такой же мудак. Неудивительно, что они отправили тебя сюда.
— Спасибо твоему отцу, — с горечью сказал Тартар, затем махнул рукой. — Оставим прошлое в прошлом. Итак, где мои манеры? Давайте устроим вас всех. — Он окинул меня еще одним «дружеским» взглядом, от которого у меня по спине пробежал холодок. — У нас с Королевой Лилит перемирие. — Предложил он. — Я не причиню вреда ее единственной наследнице.
Когда он упомянул мою мать, в его голосе прозвучали нежность, уважение и страх одновременно. Но слово «устроим» не очень хорошо прозвучали в моих ушах. Кто хотел поселиться в Вечной тюрьме? Это звучало как ловушка.
— Мы просто пересекаем Тартар, — сказал Гектор, явно думая о том же. — Нам нужно посетить еще одно Царство.
Проницательная улыбка заиграла на темных губах Тартара.