* * *
Лариор потрясенно смотрел вслед покинувшей храм девушке. Человек, она не представляла ничего интересного, но вот кинжал на ее поясе... от него буквально веяло магией крови. Сладковатый, тягучий аромат, оставляющий медный привкус на губах... перед таким не устоит ни один вампир. И подобная вещь в руках у человека?! Лариор фыркнул. Не иначе как воля Ларайи понудила его заглянуть сегодня в храм. Оставлять подобный артефакт в руках человека – почти кощунство. Если Лариор такое допустит, он просто сам себя уважать перестанет! Впрочем, забрать артефакт не представит сложности.
Вампир выскользнул на улицу вслед за беспечной человечкой, немного прошел следом. Ага, вот и подходящий, достаточно затененный переулок. Полшага – выйти на сверхскорость – нырнуть в тени – спокойно снять кинжал с пояса ничего не заметившей девушки – снова уйти тенями.
Вампир усмехнулся, подбрасывая на ладони трофей. Это было просто. Он любовно погладил рукоять, шагнул вперед... И рухнул на землю от скрутившей тело боли.
Сил не было даже на то, чтобы закричать. Лариору показалось, что неведомая сила просто медленно вытягивает всю его кровь, до последней капли. И этому не получалось сопротивляться! И когда вампир был уже готов сдаться, над головой раздался насмешливый голос:
– Так-так, а тебя не учили, что воровать нехорошо?
* * *
В храм Ларайи я отправилась сразу же, как проснулась, даже не завтракая. Уж больно сны колоритные были. Не то чтобы кошмары, но обычно я не испытываю удовольствия от созерцания крови. Нет, не боюсь, просто не люблю. А уж нежиться в объятиях множества кровавых лент для меня тем более не характерно. Да и вспышки агрессии при виде Реллы, балующейся с файерболом, тоже не радуют. Надо побыстрее разобраться с этим проблемным трофеем.
Посещение храма оставило у меня двойственные чувства. С одной стороны, откровенно удивленные взгляды клыкастых служителей действовали на нервы. А уж как они на мой кинжал облизывались... Р-р-р-р! К моему удивлению, я ощутила и волну раздражения от кинжала, которую можно было примерно интерпретировать как «клыки не отрастили, на меня облизываться». Странно. Хотя, если подумать, кинжал после переподчинения конкретно мне гадостей не делал. А еще откуда-то появилось чувство необъяснимой уверенности в том, что скоро все проясниться. То ли богиня так своеобразно ответила, то ли интуиция проснулась...
Пропажу кинжала я ощутила почти сразу, хотя и не поняла, кто и как его успел стащить. Впрочем, неважно, этот артефакт как раз из тех, что запросто оттяпают руку незадачливому воришке, и это в лучшем случае. Я невольно передернула плечами, вспомнив свой эпичный полет в пропасть. Пожалуй, надо посмотреть, кто это там такой нахальный, а то кинжал чуть ли не мурлычет от удовольствия. Кровожадный артефакт, ничего не скажешь...
Похититель оказался на удивление далеко. Хм, телепортировался он, что ли? Своим ходом точно бы не успел оказаться с другой стороны храма, от которого я уже успела отойти. Так-так-так... Ну понятно, кто-то решил, что человеку такой вещью обладать не по рангу. Ну-ну. Я полюбовалась на скорчившегося от боли вампира и с немалой долей ехидцы поинтересовалась:
– Так-так, а тебя не учили, что воровать нехорошо?
Одновременно я послала мысль-ощущение кинжалу: «Отпусти его немного, мой хороший. Вор заслуживает более строгого наказания». Странно, конечно, разговаривать с оружием, но это ведь не обычный кинжал. В ответ мне донеслась легкая досада и одновременно что-то вроде одобрения такого подхода. Вампир слегка разогнулся, опираясь руками о землю, и часто задышал, лихорадочно хватая воздух.
– Ну, пошли, зубастый.