* * *
Поход по магазинам вышел фееричным. Я уже говорила, что Релла – натуральный энерджайзер? Так вот, она развила настолько бурную деятельность, что я начала испытывать невольные опасения за целостность посольства. Так что неудивительно, что к вечеру я уже была в легком неадеквате. Впрочем, граф выглядел не лучше. Он даже не обратил внимания на мою несколько нестандартную одежду и свертки с сувенирами. Он их, по-моему, вообще не заметил, пока мы к посольству не приехали. Зато тем Токрис окинул меня таким взглядом, что аж мурашки по спине побежали. Б-р-р-р-р...
Впрочем, минут через десять он уже смотрел на меня совсем по-другому. Такая традиция у ксингцев действительно была. Поэтому, сгрузив ответные подарки в экипаж, я с чистой совестью отловила Исами и принялась пытать его на тему легенд и традиций его родины. Это, в принципе, оказалось несложно, потому что прием проводился не просто так, а в честь традиционного ксингского праздника. А сам Исами с удовольствием рассказывал об истории возникновения этого праздника, и том, как он отмечается в Ксинге.
– В одном монастыре была традиция, в первый день осени зажигать фонари в честь основателя Ксинга. Когда император узнал об этом, он приказал в этот день вечером зажигать фонари у себя во дворце и во всех столичных храмах. Постепенно этот праздник полюбили и в народе, и он распространился сначала по столице, а потом и по всему Ксингу. Сейчас его называют Ночью Тысячи Фонарей. Это одно из самых красивых и любимых в народе празднеств. В городах и селениях Ксинга в эту ночь бывает светло, как днем из-за множества горящих фонарей. Дети выносят на улицу самодельные или купленные в магазинах фонари и играют с ними. А разгадывание загадок на фонарях – непременная часть праздничных мероприятий. Хозяин фонаря привешивает к дну фонарика бумажку, на которой написана загадка. Если отгадывающий знает ответ, то он может сорвать бумажку и сверить с отгадкой. Если он правильно отгадал загадку, то получает небольшой подарок, – Исами хитро улыбнулся и обвел рукой зал, украшенный множеством разнообразных фонарей, фонариков и фонарищ.
Я фыркнула, и дернула ближайшую бумажку. Загадка попалась неожиданная «Человек – клинок, а это – его рукоять. Человек без этого – как клинок без рукояти. Что это?»
– О, вижу тебе попался фонарь шифушифу[4] Рокуро? Он любит подобные загадки.
– Хм, ну не знаю... Может быть, честь? – честно говоря, отвечала я наобум, но неожиданно для себя, угадала. Призом оказалась брошка в виде кинжальчика, которая крепилась к тому же фонарику. Разговор свернул на честь воина вообще, затем – на воинский кодекс и его различия в Ксинге и Серетлоке (пришлось срочно вспоминать все, что я знала о Бусидо, ибо из китайских кодексов я что-то знала лишь об уголовном), а после плавно перешел к погонам, медалям и прочим знакам отличия. Надо сказать, Исами очень удивился именно рассказу о погонах.
Оказалось, на Джигране (ну, по крайней мере, на этом материке) погоны были вообще неизвестны. Их роль выполняли особые вышивки и нарукавные эмблемы. А в Ксинге решили этот вопрос еще более радикально: вместо каких-нибудь отметок на одежде они делали цветные татуировки. Красный цвет – профессии, связанные с кровью: охотники, лекари, воины; голубой – с искусством: художники, барды, скульпторы; черный – со смертью: гробовщики, могильщики, мусорщики, зеленый – с землей: пахари и скотоводы, коричневый – с ремеслами: кузнецы, гончары, портные. Желтые рисунки делали купцы и владельцы гостиниц, золотыми с рождения щеголяла знать. Фиолетовые узоры достались магам, серебристые – императорским служащим, или, попросту говоря, чиновникам. Без татуировок обходились только жрецы и монахи. Их и так за три перестрела видно. Ну, еще бы: монахи-то в Ксинге воинственные, наподобие шао-линьских, а учитывая более сильные способности к манипуляциям с энергией, земных шао-линьцев они не то что переплюнут, а вообще в слюне утопят. Чем выше ранг или звание – тем замысловатее татуировка. Вывести ее практически нереально, в случае смены профессии рядом просто набивали еще одну другого цвета. На резонный вопрос, о том, как же разглядеть татуировку под одеждой (неужели каждый раз раздеваются?), Исами рассмеялся и сказал, что обычно рисунок делают на тыльной стороне ладони, и лишь изредка – на плече, так что одежда здесь не помеха.
Хммм... А у самого Исами татуировки что-то не видно. Конечно, может она у него на плече, но это невольно наталкивает на мысли. Ведь получается, что на плече тату набивают те, кто хочет ее скрыть от посторонних глаз под одеждой. Интересные дела... Кто ж он такой? Ведь явно совсем молодой еще, как бы ни младше меня.