Мелиор согнула ногу, которая, по словам врачей, заживала вполне хорошо. «Определенно, она болит меньше, чем раньше». Затем она опустилась в большое кресло.
— Я еще точно не знаю. Сегодня попозже приезжает Вирсия, и мы попытаемся остановиться на чем-нибудь, но мне кажется, что и она тоже не знает. — Мелиор с интересом посмотрела на Мышь: — А что? У тебя есть какой-нибудь совет?
— Я знаю, что бы я сделала. Я бросила бы Марара в тюрьму до скончания его дней.
— Если бы речь шла об обычном человеке, то это определенно явилось бы самым простым решением, но, когда имеешь дело с Правителями, все несколько усложняется. Несмотря на то что я сказала у него во дворце о нарушении им Прокламации о защите зеленых насаждений, оправдывая его арест, Марар был прав: для дел подобного рода существуют определенные процедуры. Его нельзя казнить, нельзя поместить в общую тюрьму, и он не может быть наказан односторонне лидером лишь одного Наля. Мне нужно одобрение Вирсии, прежде чем предпринять хоть что-нибудь, и, несмотря на то что Стиб-Наль имеет малый вес в Совете, их новый Правитель получит законные основания для протеста, если мы предпримем что-либо, нарушая закон.
— Так вы все-таки собираетесь отправить его в изгнание?
— Я бы предпочла этого не делать. Зная Марара, я могу смело утверждать, что это лишь вопрос времени, когда он снова начнет причинять неприятности.
— Похоже, это — серьезная проблема, — сказала Мышь. — Хорошо, что я не Правительница.
Прежде чем Мелиор успела ответить, раздался стук в дверь, и через мгновение Джибб просунул голову в комнату:
— Мы можем… — Увидев Мышь, он замолчал и нахмурился.
— Я как раз собиралась уходить, — с притворной улыбкой произнесла гилдрин, неторопливо направляясь к двери.
— Не уходи далеко, — сказала ей вслед Мелиор. — Я бы хотела еще поговорить с тобой несколько позже.
— Хорошо. До встречи, генерал, — добавила она, проскакивая мимо Джибба.
Тот несколько секунд пристально смотрел ей вслед и затем закрыл дверь.
— Мне не нравится, что она свободно расхаживает по дворцу, — сказал он. — Кто знает, что ей удастся узнать о нашей системе безопасности?
Мелиор едва не рассмеялась. Действительно, работа сотрудника Службы Безопасности и состоит в том, чтобы быть подозрительным, но иногда ей было интересно, способен ли Джибб доверять хоть кому-нибудь. «Он доверял Премелю, — произнес голос в ее голове. — И посмотри, что случилось». Если призадуматься, то это, возможно, не так уж и смешно.
— Я не думаю, что нам нужно о чем-нибудь беспокоиться, — сказала она спокойно. — Если бы она хотела причинить мне какую-нибудь неприятность, она могла бы сделать это на пути в Стиб-Наль, во дворце Марара и уж как минимум с полдюжины раз с тех пор.
— Действительно, — ответил он без особого энтузиазма.
— Брось, Джибб. Она провела нас туда, как и обещала, и сражалась бок о бок с нами так же эффективно и преданно, как любой из твоих людей. Разве она не заслужила хотя бы немного доверия и уважения?
— Наверное. — Он сел в кресло напротив нее. — Она хорошо обращается с лучеметом, и она храбрая.
Мелиор подняла бровь. Это была очень высокая похвала в устах Джибба.
— Кажется, она произвела на тебя впечатление.
Он отмахнулся от ее комментария.
— Это не значит, что она мне нравится. Она дерзкая и несносная, и я возмущен тем, каким тоном она с вами разговаривает. Я не понимаю, почему вы с этим миритесь.
— По той же самой причине лорды мирились со мной, когда я была моложе, и по той же самой причине я мирилась с тобой, когда мы впервые встретились. Я вижу ее потенциал, я вижу в ней качества, которые можно усовершенствовать.
Он пожал плечами, словно не будучи убежденным.
— Может быть, — сказал он. — А затем, усмехаясь, добавил: — Я, наверное, никогда не был таким плохим.
— Может, ты и не был таким несносным, но ты был в два раза более заносчивым.
Они оба рассмеялись, а затем ненадолго замолчали.
— Поэтому я понимаю, почему она тебе не нравится, — сказала Мелиор. — Но тебе не кажется, что ты бы мог с ней работать?
— Вы что? Издеваетесь?
— Нисколько.
— Вы хотите ввести ее в ПСБ?
Правительница перевела дух.
— Я сама еще точно не знаю. Но у нее есть талант, Джибб, и он пропадает впустую где-то в Нале. Она должна стать кем-то, а не быть изгоем, который с трудом сводит концы с концами в квадах.
— Она сама это выбрала, и вы это знаете. Будучи независимой, она может сделать для Сети то, чего бы она никогда не смогла сделать в банде.