— Ты ведь не веришь ему, не так ли? — воскликнула Таммен, не в силах сдерживаться больше. — Он лжет! Он не заботится об этих людях! Он беспокоится о том, что с ним случится, когда Бревил увидит, что мы его победили!
Нодин провел рукой по коротким темным волосам.
— А она дело говорит, — сказал он жрецу. — Откуда мы знаем, что Бревил действительно приезжает? И даже если это и правда, как мы можем быть уверены, что, как только вы вырубите половину, вы не возьметесь за вторую?
— Что касается приезда Бревила, — ответил Пэджетт, — я могу показать вам послание. Что касается остального, то вам придется поверить мне на слово. Я — честный человек. Если я говорю, что вырублю половину, то я этим и ограничусь.
— «Я — честный человек», — передразнила его Таммен, и в ее голосе звучало презрение. — И все? Это все, что вы можете нам предъявить?
— Вы можете дать нам какие-нибудь гарантии? — спокойно спросил Нодин, словно не слышал того, что сказала Таммен. — Например, вы могли бы уступить вторую половину леса городу?
Пэджетт несколько секунд сердито смотрел на Таммен, прежде чем наконец ответил.
— Боюсь, я не могу, — сказал он, с трудом сдерживая гнев. — Только Верховный Жрец может приобрести или даровать земли от имени Храма. И как я уже пытался вам объяснить, Бревил не пожелает этого сделать.
Таммен покачала головой:
— Так, значит, вы не можете представить гарантий? Вы хотите, чтобы мы не мешали вам вырубить половину леса в обмен на пустые обещания, что вы не тронете другую половину, когда вам приспичит.
— Возможно, маг, — сказал жрец, снова вспыхивая от гнева, — тебе следует спросить у Майры и остальных, что они думают о моем предложении, прежде чем с ходу отметать его! И когда ты это сделаешь, сообщи им, что другой вариант — это то, что мы вырубим весь лес немедленно, а наше оружие будет нацелено прямо им в сердце!
— Будь что будет, жрец, — раздался голос со стороны, — но мы не позволим срубить ни единого дерева.
Все повернулись и увидели Майру, стоящую рядом. Она казалась маленькой и хрупкой по сравнению с Нодином и грузным жрецом. Ее седые волосы развевались от легкого ветерка, а руки были скрещены на груди, словно ей было холодно. Но решимость, застывшую в ее карих глазах и сжатых челюстях, нельзя было спутать ни с чем.
— Эти маги забили вам головы всякой чепухой, — с отвращением сказал Пэджетт. — Они убедили вас, что где-то есть какое-то большое движение, — когда на самом деле ничего нет. Лишь несколько магов, желающих сделать себе имя. Они вас морочат, и многих убьют по их вине.
— Мы стоим на своем не из-за магов, жрец, — спокойно ответила Майра. — И не из-за Движения. Вы считаете, что мы так просты, что не способны решать сами за себя, но вы ошибаетесь. Мы делаем это, потому что кто-то должен остановить Храмы прежде, чем они уничтожат в стране все леса. Мы делаем это ради наших детей.
— Видите, Пэджетт? — с удовлетворением спросила Таммен. — Мы говорили вам все время: жителям Праннай не нужно ни ваше золото, ни то будущее, которое вы хотите на него приобрести. Поэтому отведите своих людей в другой город! — продолжила она, повысив голос, чтобы остальные горожане слышали ее. — Лес Праннай — не для вас!
Ее слова были встречены громкими одобрительными возгласами.
Жрец посмотрел на Нодина, который пожал плечами.
— В конце концов, это решение Майры, — сказал высокий маг. — Ее и остальных старейшин. А мы служим городу.
— Вы служите себе! — Жрец посмотрел на них всех с горьким выражением на лице. — Хорошо! — сказал он. — Я вас предупредил! — Он направился к тому месту, где стояли его люди, но затем остановился и повернулся к толпе горожан. — Я пытался объяснить Майре и магам, что это — ваш последний шанс! — крикнул он им. — Я пытался сказать им, что Верховный Жрец Бревил направляется в Праннай. У меня нет выбора. Я должен начать вырубку сегодня. Если вы попытаетесь остановить меня, вы умрете. Но если вы позволите нам рубить деревья, обещаю вам, что мы вырубим только половину. Остальной лес не будет тронут, пока я ваш жрец.
— А что на это сказала Майра? — выкрикнул какой-то мужчина.
— Она сказала, что скорее умрет, чем позволит срубить хоть несколько деревьев, — ответил жрец.
— Молодчина! — воскликнул мужчина, вызвав гул одобрения у остальных горожан. — Я и сам бы сказал то же самое!
И снова Пэджетт покачал головой.
— Вы все сумасшедшие! — сказал он и взглянул через плечо на Нодина. — Это — на твоей совести, маг. Запомни.