Мелиор взглянула на Правителя Стиб-Наля и обнаружила, что он уже смотрит на нее и легкая ухмылка играет в уголках его рта. Он держался с уверенным видом, которого она раньше никогда не замечала: он не сидел сгорбившись, как обычно; даже его плечи не казались такими узкими.
«Ах ты ублюдок, — подумала Мелиор. — Шивонн мертва, и ты думаешь, что выиграл».
Она снова посмотрела на Вирсию, но та уже повернулась и направлялась к противоположной стене.
— Тебе разве нечего сказать в свою защиту, Мелиор? — спросила Вирсия через плечо. — Или ты просто собираешься прятаться за той бесстыдной ложью, которую наговорила моим легатам после смерти Шивонн?
Так или иначе, именно так Вирсия собиралась действовать, и Мелиор только и оставалось, что ей подыгрывать.
— Возможно, нам следует позволить Марару судить о том, какие заверения должна я представить, Правительница, — ответила она с ледяной улыбкой. — То, что Матриархия отклоняет как ложь, может иметь некоторый вес для добропорядочного народа Стиб-Наля.
Вирсия перестала ходить взад-вперед и повернулась, чтобы посмотреть на Мелиор, но выражение ее лица мало о чем говорило.
Остановив взгляд на лице высокой женщины, Мелиор вытащила детонатор бомбы, которая повредила Золотой Дворец, и бросила его на стол.
— Это — от взрывного устройства, которое едва меня не убило. Как видишь, — добавила она, ненадолго поворачиваясь к Марару, — он был сделан в Уэрелла-Нале.
— Когда произошло нападение? — спросил Марар, не удосуживаясь скрыть своей радости.
— Оказалось, — ответила Мелиор, внимательно наблюдая за ним, — это произошло в тот самый день, когда погибла Шивонн.
Его лицо расплылось в улыбке, как будто он совсем не мог сдерживать восторг, охвативший его.
— Вот это да, вы обе прямо настоящие сыщики, — воскликнул он, переводя взгляд с одной на другую.
Вирсия сделала шаг вперед и ткнула в сторону Марара пальцем.
— Я ничего не предпринимала! Этот детонатор ничего не доказывает!
— Это доказывает то же, что и детонатор бомбы, убившей Шивонн, который ты нашла! — выпалила Мелиор в ответ. — Двух вариантов быть не может, Вирсия! Если Брагор-Наль виновен, то и Матриархия — тоже!
— Ты забываешь об одном важном отличии, Мелиор, — возразила та. — Ты уцелела. Как ты это объяснишь?
Мелиор сглотнула. Вирсия действительно великолепно играет. Так она, во всяком случае, надеялась.
— Наверное, мне просто повезло.
Вирсия издала резкий безрадостный смешок.
— Повезло? Ты ожидаешь что мы в это поверим? — Она покачала головой. — Я думаю, что, скорее всего, ты убила Шивонн, а затем изобразила покушение на свою жизнь, чтобы нас запутать.
— Должен сказать, — нарушил молчание Марар, а широкая улыбка все не сходила с его костлявого лица, — что мне тоже так кажется.
Мелиор посмотрела на Вирсию, наблюдая за ее реакцией. И у нее кровь застыла в жилах от того, что она увидела. Светлые глаза Правительницы сверкали триумфом, а губы изогнулись в свирепой хищной улыбке.
Мелиор почувствовала, как все внутри сжалось. А как же их уговор? Разве они не сошлись на том, что Марар выиграет многое от конфликта между их Налями?
— Марар, не оставишь ли нас на минутку? — выдавила она. Во рту у нее пересохло. — Нам с Правительницей Вирсией нужно обсудить кое-что наедине.
— Я сделаю еще лучше, Мелиор, — самодовольно ответил тот. — Я дам вам все время, которое вам нужно. — Он спокойно встал и вышел из-за стола.
— Я не хочу оставаться наедине с этой преступницей даже на минуту! — разъярилась Вирсия, снова глядя на Мелиор. — Все, что мы хотим сказать друг другу, можно сказать в присутствии всего Совета. Ты и раньше пыталась сделать нечто подобное, Мелиор. Все попытки, которые ты предприняла, чтобы связаться со мной по говорящему экрану, должны были тебе сказать кое о чем! Я не позволю как манипулировать собой, так и запугивать себя!
Слишком поздно Мелиор осознала свою ошибку. Все было игрой. Каким бы невероятным это ни казалось, Вирсия делала именно то, о чем они договорились. Даже проклиная себя за то, что не распознала этого раньше, Мелиор не могла не улыбнуться про себя. Вирсия была прекрасной актрисой. Даже лучшей, чем сама Мелиор, как оказалось. Вирсия еще некоторое время продолжала гневно смотреть на Мелиор, словно наказывая ее. Затем повернулась к Марару.