— Минутку, Мелиор, — сказала она, прервав пересказ разговора с Мараром. — У меня еще один вызов.
— Это он, — сказала Мелиор с такой уверенностью, что Вирсия и не пыталась сомневаться в ее правоте.
— Что я должна делать?
Мелиор пожала плечами.
— Поговори с ним. Узнай, чего он хочет. А мы с тобой свяжемся позже.
— Хорошо, — сказала Вирсия. — Позже так позже.
Она нажала кнопку на экране, чтобы включить обзор и, как и предсказывала Мелиор, обнаружила ожидающего ее Марара с кислой улыбкой на узком лице.
— Марар, — сказала она, стараясь, чтобы ее тон казался непринужденным. — Какой приятный сюрприз.
— Сомневаюсь, — ответил он.
Она почувствовала, что сердце у нее забилось сильнее.
— Что ты имеешь в виду?
— Полагаю, ты уже говорила с Мелиор. И конечно, ты знала, что это я, еще до того, как включила прибор.
Несколько мгновений она пристально смотрела на него. Возможно, они с Мелиор недооценили Марара. Она внезапно растерялась. И Марар, и Мелиор играли в эти игры гораздо дольше нее. Она выпрямилась, сидя на стуле, и постаралась встретить его пристальный взгляд как можно уверенней.
— Ты прав. Говорила.
В это мгновение его улыбка сделалась шире и стала казаться почти искренней.
— Прекрасно, — сказал он. — Ценю твою искренность.
Она почувствовала подначку в его словах, но не обратила на нее внимания.
— Что тебе нужно?
— Мелиор рассказала тебе о нашем с ней разговоре?
«Ему нужна искренность? — подумала она. — Сейчас он ее получит».
— Мы говорили недолго до того, как ты прервал нас, — ответила она. — Но Мелиор успела сказать мне, что ты признался в убийстве Шивонн и в том, что послал убийцу в Золотой Дворец.
Марар засмеялся — у него был удивительно глубокий смех для человека с такой щуплой фигурой — и кивнул, словно оценив хорошую шутку.
— Это очень забавно, Правительница, — сказал он через некоторое время. — Я бы никогда не подумал, что ты из разряда шутников.
Прилагая усилия, чтобы не обращать внимания на неприятное ощущение в желудке, Вирсия просто сидела, спокойно глядя на экран, пока Марар наконец не перестал веселиться и не посмотрел на нее сузившимися глазами.
— Ты шутишь, не так ли? — спросил он.
— Нет. И я не нахожу твое притворство слишком убедительным.
Последние следы улыбки исчезли с его лица.
— Она действительно сказала тебе это?
— Да.
— И ты ей поверила?
Вирсия заколебалась:
— Кажется, я…
— Ты в самом деле считаешь меня таким дураком? — спросил он. — Ты действительно веришь в то, что, если бы это было именно так, я бы признался в этом Мелиор?
— По ее словам, выбора у тебя не было, — ответила она, защищаясь.
Он кивнул.
— Да, бьюсь об заклад, она это сказала. — Он на мгновение отвел взгляд, и его губы сжались в тонкую линию. — А она удосужилась сказать тебе, — спросил он, снова повернувшись к ней, — что она упомянула о возможности союза между Брагор-Налем и Стиб-Налем?
— Ты лжешь! — воскликнула Вирсия с большей горячностью, чем хотела.
— Думаю, она сказала, что я был достаточно мудр, чтобы признать ее ценность как потенциального союзника.
Руки Вирсии дрожали, а в ушах словно шумел ветер, дующий в квадах Уэрелла-Наля. Ей отчаянно хотелось закончить разговор, но она не могла заставить себя сделать это. Он лгал. Он должен был лгать. А что, если нет? Что, если Мелиор все это время вводила ее в заблуждение, заставляя ее поверить, что Марар стоял за убийством Шивонн, когда в действительности это был заговор Брагор-Наля?
— Мне кажется, что ты лжешь, — сказала она.
Марар кивнул:
— Да, ты уже это говорила. Но подумай немного: если я пошел на такое, если я подослал убийц к Шивонн и Мелиор, зачем же я тогда раскрыл свои планы одной из тех, кого хотел убить? Каким дураком надо быть, чтобы сделать такое?
— Но она сказала…
— Уверяю тебя, Вирсия — что бы ни говорила Мелиор, я никогда не признавался в том, что виновен в этих нападениях.
Вирсия некоторое время внимательно смотрела на него и молчала. Она точно не знала, чему верить.
— Ты признаешь, что связывался с ней?
Он кивнул.
— Скажи мне зачем.
Он пожал плечами:
— По той же причине, что я связался с тобой: обсудить сегодняшнее заседание Совета. — Марар грустно улыбнулся. — Оно не было одним из удачных. Боюсь, что дело у вас с Мелиор идет к некоторого рода вооруженному конфликту, и я хочу сделать все возможное, чтобы предотвратить его.
— Как благородно с твоей стороны, — сказала она.