Поначалу Кайлин ее даже не заметила.
— Что я ищу? — спросила она, осматривая комнату. — Я не… — Увидев, наконец, большую птицу, она громко вскрикнула и отскочила назад, едва не налетев на Джарида. — О боги! — прошептала она. — Широко распахнув глаза, она повернулась, чтобы посмотреть на него. — Как… — Она замолчала, так как ее собственный орел плавно подлетел к комнате и, приземлившись на пороге, бесстрастно уставился на нее. Она снова повернулась, чтобы взглянуть на Ритлар. — О боги! — повторила она.
— Ее зовут Ритлар, — сказал Джарид, — Она появилась у меня незадолго до того, как ты оказалась связанной с Ритель.
Молодая женщина кивнула, хотя по-прежнему смотрела на орла Джарида.
— Так вот почему воспользовались Созывающим Камнем?!
— Да.
Она еще некоторое время смотрела на Ритлар, ничего не говоря, и казалось, она даже не шелохнулась. Наконец, она повернулась к Джариду.
— Что, по-вашему, это означает?
— Хотел бы я знать. Самым очевидным выводом было бы то, что Лиге и Ордену суждено сражаться друг против друга.
Кайлин побледнела и покачала головой:
— Я не хочу в это верить.
Джарид грустно улыбнулся:
— Я тоже.
— Тогда не позволяйте, чтобы это произошло, — раздался третий голос.
Джарид и Кайлин повернулись к дверям, откуда Элайна наблюдала за ними.
— Вы — Орлиные Маги, вы оба, — продолжала она. — Ты возглавляешь Орден, Джарид, а ты Кайлин, скоро будешь руководить Лигой. Даже Эрланд не отверг бы твое требование при таких обстоятельствах. Поэтому в ваших силах предотвратить войну.
— Разве? — спросила Кайлин. — Боги послали нам орлов. Если их желание заключается в чем-то еще, вероятно, мы не сможем противиться их воле. — Она замолчала, отведя взгляд. — Я даже не уверена, что смогу контролировать остальную часть Лиги, а вы хотите, чтобы я противилась воле богов?
— Не думаю, что тебе придется, — мягко ответила Элайна. — Боги всегда посылают орлов, чтобы защитить Тобин-Сер, а не уничтожить его. И я не думаю, что на этот раз будет по-другому.
Кайлин подняла взгляд:
— Что вы имеете в виду?
— Боги послали двух орлов, одного тебе, другого Джариду. Мне кажется, что этим они хотят сказать нам, что Лиге и Ордену необходимо объединиться, что врага, с которым нам придется столкнуться, можно победить, лишь объединив силы всех магов страны.
— Вы находите в этом утешение, не так ли? — спросила Кайлин.
Слабая улыбка проскользнула по лицу Элайны.
— Да, нахожу.
— Я тоже, — сказал Джарид. — А разве нам всем не следует?
Кайлин покачала головой:
— Если бы вы знали Эрланда, как я, вы бы так не думали. Он с такой страстью ненавидит Орден, что вы этого даже представить себе не можете. Он никогда не позволит Лиге объединиться с Орденом, какой бы ни была причина.
— Это еще одна причина, — сказала Элайна, — чтобы ты заняла свое законное место главы Лиги как можно быстрее.
— Вы не понимаете Лигу, — ответила Кайлин, подойдя к камину и глядя на Ритлар. Орел равнодушно поглядел на нее, а затем начал чистить перья.
— Эрланд для Лиги — это то, чем когда-то Амарид был для Ордена. Он создал ее, он возглавляет ее, он управляет ей. Даже молодые маги, которые, как вы, возможно, ожидаете, могли бы противостоять ему, по многим вопросам чаще уступают ему, чем спорят.
— Но они должны чувствовать то же самое по отношению к тебе, — сказал Джарид. — Когда ты присоединилась к Лиге семь лет назад, все в Тобин-Сере считали, что Орден в течение года распадется.
При этих словах она повернулась с чуть заметной улыбкой на губах. Она казалась такой молодой, ну просто почти девочкой. И все-таки, как и он, она была Орлиным Магом.
— Вы правы, — сказала она. — Именно так они и думали. Даже Эрланд. Вот почему он так старался, чтобы я присоединилась к Лиге. Но ведь ожидаемого не произошло, так? Орден все еще здесь, не такой сильный, как раньше, но и не такой слабый, каким бы он мог стать. — Она издала слабый звук, похожий на смех, но мгновение спустя ее улыбка исчезла. — Они разочаровались во мне. Они совершенно ясно дали это понять. Особенно Эрланд. Он не отдаст власть, по крайней мере, мне.
— Но у тебя появился орел, — сказал Джарид. — Неважно, что они о тебе думают. Ты их Орлиный Мудрец. Ничто этого не изменит.
Кайлин сделала нетерпеливый жест:
— Лига — это не Орден. Вы этого не понимаете! Даже когда его сова умерла, он умудрился остаться Первым Магистром. Орел ничего не значит. Вот почему я сначала пришла сюда. Моей единственной надеждой было то, что я смогу прийти на Конклав, став главой Ордена.